Жизнь без прикрасПолина слушала эти простые, естественно сказанные слова и чувствовала, как рушится стена, которую она возводила вокруг себя три последних года.
За высоким кирпичным забором Владислав продолжал следить за ними. Их мирная беседа не отрывала его от задуманного предательства.
К полудню он сменил пиджак на толстый шерстяной свитер: так проще сойти за своего. Из бара достал дорогой армянский коньяк, ещё запечатанный. Инна тревожно наблюдала за приготовлениями, нервно теребя поясок шёлкового халата, и проводила мужа до двери.
— Только не спугни, Владик. А если обознался? Зря хороший коньяк угробим.
— Не учи учёного, — криво усмехнулся он. — Я таких насквозь вижу. Сейчас мосты наведём. Худой мир лучше доброй ссоры.
К Полининому участку Владислав направился неспешно, натянув самую добродушную и широкую улыбку. Зажатая в его массивной руке бутылка выглядела игрушечной. Алексей работал рубанком у покосившейся калитки; тонкая стружка пахла смолой и уходящей осенью. Полина, зябко кутаясь в пуховый платок, развешивала бельё. Усилившийся ветер раскачивал голые ветки старой яблони.
— Бог вам в помощь, соседи! — радостно окликнул Владислав от забора.
С мокрой наволочкой в руках Полина замерла. Слишком памятны были соседские оскорбления, чтобы поверить такому приветствию; она ждала нового подвоха. Но Владислав миролюбиво поднял руки с бутылкой.
— Поля, ты не сердись. С той ночной ссорой мы лишнего хватили. — Он вздохнул, разыгрывая раскаяние. — Нервы сдают, дела замучили. Сама понимаешь, бизнес. Хочу помириться. И заодно гостя вашего узнать. Владислав.
Через невысокий штакетник протянулась широкая ладонь. Алексей положил рубанок, стряхнул опилки и пожал её крепкой, сухой рукой.
— Алексей.
Лицо его ничего не выражало. Тамошняя жизнь хорошо научила его разбирать, где человек искренен, а где предлагает дешёвую подделку.
— По всему видно, серьёзный человек. — Владислав пытался поймать его взгляд и внимательно сверял приметы: высокий лоб, глубокий залом между бровями, маленький шрам над левой. Сомнений не осталось — перед ним стоял инженер, за которого братья готовы были щедро заплатить. — Вы надолго к нам или проездом? У Поли ведь быт спартанский. Переходите лучше к нам, гостевая свободна. И банька имеется.
— Спасибо, но мне здесь хорошо, — ответил Алексей, снова берясь за инструмент. — Теснота не беда, когда обиды нет. А в баню с чистой совестью ходить надо.
— Ну, вам виднее, — Владислав немного стушевался, однако продолжал улыбаться. — Тогда хоть коньяк примите. За знакомство.
— Не пью, — отрезал Алексей, возвращаясь к работе. — Вам тоже не советую. С ясной головой любое дело легче.
Невнятно бормоча прощальные слова, сосед спрятал бутылку за спину и поспешил к себе. За воротами неспешность мигом исчезла: он рысью бросился в дом, к тяжёлому чёрному телефону с диском.
— Инна, он! Теперь уж точно! — Дрожащие пальцы набирали номер с ресторанной салфетки. — И шрам такой, и держится, как описывали. Сейчас сообщу им радостную новость. Всё, жена, считай, с долгами рассчитались.
В это время возле Полининого дома остановилась старая бежевая машина. Скрипнула дверца, и Виктор неловко выбрался наружу с прозрачным кульком дешёвой карамели. Предупреждать о приезде он не стал. Кожаная куртка на нём была потёртая, купленная ещё при совместной жизни с Полей, а сам он выглядел так, будто спал, не раздеваясь.
После вчерашнего скандала Елена выставила его за порог и швырнула ему ключи от машины. Ночь пришлось провести на тесном диване у приятеля, под пьяный храп. Полночи Виктор вспоминал запах пирогов дома, мальчишек на ковре, Полю, тихо напевающую над глажкой.
Теперь у калитки он остановился, не узнавая двор. Забор выпрямлен, дрова сложены безукоризненно. На крыльце высокий чужой мужчина уверенно возится с дверной ручкой, а вокруг — его сыновья. Ромка смешно хмурится, подавая гвозди. Антоша и Денис слушают, раскрыв рты, будто боятся пропустить хоть слово.
— Это у нас ещё что такое? — Виктор толкнул калитку. Хотел сказать твёрдо, но голос прозвучал жалко и скрипуче.
Полина отвернулась от бельевой верёвки. Лицо сразу стало отчуждённым, строгим. Она вытерла руки о передник и медленно приблизилась к бывшему мужу.
— Здравствуй, Виктор. С чем приехал? Алименты привёз или с машиной что случилось? — Ни радости, ни злости в голосе не было, одна ледяная пустота.
Поделитесь впечатлением от истории
1Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.
Дуже гарна розповідь.Щиро дякую.