В центр услуг мы приехали после обеда. Очередь была обычная: мужчина с пакетом документов, женщина с ребёнком, пожилой человек с квитанциями, охранник у автомата с талонами, который ел вафлю и показывал всем, куда нажимать. Лицо девушки в окне я потом не вспомнила, а этот запах бумаги, мокрой одежды и дешёвого кофе запомнила надолго.
— Нужна выписка по объекту, — сказал Данило.
— Документ собственника, — ответила девушка.
Я подала документ. Она посмотрела на экран, потом на меня.
— Дом на вас.
— Я знаю.
— В базе собственник прежний.
Слова были сухие, служебные, но я впервые за много дней вдохнула глубоко. Данило ткнул меня локтем в бок.
— Слышала?
— Слышала.
— Берём справку.
— Выписку, — поправила девушка без улыбки.
— Выписку, конечно, — сказал он.
Мы уже думали, что всё пройдёт быстро, но у внутренней двери сломался замок. Коробка на стене пищала, дверь не открывалась, две женщины звали техника, пожилой человек пробормотал: «У вас тут всё через одно место». Мы просидели лишний час. Данило нервничал, кому-то писал. Я держала документы на коленях двумя руками, как будто от этого они становились тяжелее и надёжнее.
Когда выписку наконец выдали, я перечитала её прямо у окна.
— Ну? — спросил Данило.
— Продажи по документам нет.
— Ещё раз.
— В выписке моя фамилия.
— Вот. Теперь это не просто слова…
