Перед юбилеем Иры свекровь заявила, что Максим не придёт, и стала складывать угощение в сумки, но из спальни вышли гости

В этот момент ручка двери, ведущей из коридора в кухню, медленно поползла вниз. Дверь распахнулась настежь. Из полумрака коридора, потягиваясь и сладко зевая, вышел Артём. На нём была чёрная футболка, едва скрывающая бугры мышц на руках, и широкие спортивные штаны. Лицо капитана украшала лёгкая щетина после дежурства, а взгляд был тяжёлым, сфокусированным, типичным для человека, который ещё не выпил утренний кофе.

За его широкой спиной маячили ещё две фигуры: Богдан, потиравший ушибленное плечо (видимо, он падал с кровати), и Рома, мрачно чесавший затылок.

Светлана Петровна застыла так резко, словно в неё ударила молния. Сумка из её рук тяжело плюхнулась на пол. Глаза свекрови округлились до размеров чайных блюдец. Рот приоткрылся, но звука не издал. Перед ней стояли три атлета, каждый из которых мог бы одной рукой поднять легковой автомобиль.

Но настоящим сюрпризом стал Дружок. Огромный ротвейлер протиснулся между ног Артёма и радостно выкатился на середину кухни. Его мощные лапы заскользили по линолеуму. Дружок шумно втянул воздух чёрным носом и двинулся к сумкам свекрови, потряхивая брылями. Он безошибочно вычислил эпицентр прекрасных ароматов.

С радостным оглушительным лаем ротвейлер бросился к баулам Светланы Петровны. Он положил тяжеленную массивную морду прямо на расстёгнутую сумку, откуда предательски торчал кусок буженины в фольге, и выразительно вильнул коротким обрубком хвоста. С его морды сорвалась длинная блестящая капля слюны и прицельно плюхнулась на палку копчёной колбасы.

Светлана Петровна сжала в руках последнюю уцелевшую банку икры, которую выдернула с дверцы холодильника, и начала медленно отступать. Она впечаталась лопатками в гудящий белый бок кухонного гиганта и стала медленно оседать вниз, так и замерев на корточках в углу.

Артём моргнул, прогоняя остатки сна, и перевёл взгляд с Иры на женщину, сжавшуюся у холодильника. Полицейский инстинкт сработал мгновенно.

— Ой, Ир, а у тебя тут обыск, что ли? — раскатистым басом поинтересовался Артём, заглядывая в раскрытый баул. — А эта гражданочка кто? Неужели воры на дачу пробрались, пока ты в саду была?

Ира обречённо вздохнула.

— Ребята, смотрите, да тут хищение в особо крупных размерах, — оживился Артём.

Богдан и Рома тут же подобрались. Их лица приняли то самое непроницаемое выражение, с которым они обычно проводили задержания. Последовал синхронный шаг вперёд, который отрезал свекрови путь к отступлению.