— Марина, я сама тебе собиралась звонить. Днем к подъезду подъехал серый фургон. Трое мужчин в темном, лица закрыты. Они поднялись наверх, а потом вывели твоих родителей. Руки у них были связаны. Я хотела вызвать помощь, но один из них так посмотрел… я испугалась. Прости меня.
Марина поблагодарила ее и отключилась.
Картина стала ясной. Похищение провели днем, дерзко, профессионально. Они знали адреса, режим, состав семьи. Это не случайные люди. Это месть.
Она быстро перебрала возможных врагов. За годы службы их было достаточно, но большинство давно не представляли угрозы. И вдруг мысль ударила почти физически.
Руслан Громов.
В материалах дела мелькало имя старшего брата — Матвея. Тогда это казалось второстепенным: формально он не проходил по эпизоду нападения. Но Марина помнила, как иногда самые опасные фигуры остаются не в центре протокола, а на краю.
Через защищенный планшет она подняла закрытые данные. Матвей Громов. Крупная фигура преступного мира. Подозрения в организации поставок запрещенных веществ, отмывании денег, силовом давлении, связях с коррумпированными посредниками. Официальных приговоров почти нет. Влияние, деньги, охрана, подставные компании.
Теперь все сходилось.
Официально обращаться было опасно. У таких людей могли быть информаторы где угодно — в полиции, администрации, среди охраны, в службах связи. Любое резкое движение могло привести к смерти заложников. Марина понимала это слишком хорошо.
Значит, сначала придется играть по правилам похитителей.
Нужная сумма была большой, но достижимой. Часть сбережений у нее была. Остальное она заняла у Артема, Дениса и Лидии, не объясняя всех деталей. Они не давили вопросами. Артем только помолчал в трубку и сказал:
— Деньги будут. Но потом ты расскажешь.
— Потом, — ответила Марина.
Она вернулась первым же рейсом. Все занятия были отменены. Для нее больше не существовало ни расписания, ни усталости, ни собственных планов. Только семья.
Сообщение пришло почти в конце отведенного срока. Старая промышленная зона на окраине. Заброшенное предприятие. Полночь. Одна. Без телефона.
Марина запомнила адрес и удалила сообщение.
В назначенную ночь она села в машину. Рюкзак с наличными лежал на пассажирском сиденье. Телефон остался дома, как требовали похитители. Под курткой, в кобуре, был служебный пистолет. Она понимала: использовать его нельзя, если рядом заложники. Но идти совсем безоружной было бы самоубийством.
Дорога к промышленной зоне становилась все хуже. Асфальт трескался, фонари встречались редко, пустые здания темнели по обе стороны, как обугленные коробки. Впереди возникли ржавые ворота бывшего предприятия, забор с провалами, выбитые окна, стены с облезлыми надписями.
Марина заглушила двигатель, взяла рюкзак и вышла.
Ночной воздух пах сыростью, ржавчиной и чем-то гнилым. Ветер шевелил бурьян. Где-то скрипел лист металла. Под ногами хрустел кирпичный мусор. Она шла медленно, прислушиваясь к каждому звуку. Внутри не было паники. Страх был, но он лежал глубоко, там, где ему и следовало быть, не мешая думать.
У главного корпуса внезапно вспыхнули два прожектора. Свет ударил прямо в лицо. Марина прикрыла глаза рукой и остановилась.
Из темноты вышли двое мужчин в черной одежде и масках. Двигались уверенно, без суеты…
