Он был уверен, что сумел скрыть поездку, пока не увидел выражение лица супруги у порога

Тем временем Оксана сидела на кухне с Николаем Андреевичем и пила чай. После пережитого напряжения тишина казалась почти оглушительной, но постепенно между ними завязался откровенный разговор. Николай признался, что давно не понимал, почему такой опытный бухгалтер после основной работы приходит в его фирму мыть полы.

Сначала он решил, что Оксане срочно нужны деньги из-за долгов или другой серьёзной причины. Его удивляло и то, что здоровый муж не способен сам обеспечить семью. Несмотря на сомнения, Николай согласился взять Романа водителем, потому что хотел облегчить жизнь тихой женщине с печальными глазами.

Несколько раз он собирался спросить, почему она трудится на двух работах и что происходит у неё дома. Каждый раз останавливал себя: они были недостаточно близки, а вмешиваться в чужую семью он не считал возможным. К тому же Оксана держалась осторожно, никогда не жаловалась и не говорила о себе лишнего.

Коллеги тоже ничего не знали. Зато поведение Романа довольно быстро рассказало о нём больше любых признаний. Тот почти не скрывал измен и даже гордился своими успехами.

Стоило ему зайти в комнату, где сотрудники собирались на перерыв, как вскоре оттуда доносился громкий смех. Роман охотно делился историями о своих знакомствах и рассуждениями о женщинах. Одни слушатели веселились, другие порой завидовали, а Николай испытывал только растущее отвращение.

Ему было мучительно видеть, как Роман пренебрегает Оксаной, унижает её и не ценит ни заботу, ни доверие, ни красоту. Сам Николай давно находил привлекательной каждую черту её лица. Иногда он специально задерживался в офисе, чтобы хотя бы несколько минут увидеть Оксану после окончания её основной работы.

Она слушала, не веря, что красивый, умный и сдержанный мужчина говорит всё это именно ей. Оксана и сама не раз тайком любовалась Николаем, но даже в самых смелых мечтах не допускала, что может ему нравиться. Укоренившаяся за годы неуверенность вновь заставила её вспомнить о дефекте губы.

— Для меня это милая и необычная черта, — тихо сказал Николай Андреевич. — Я часто ловил себя на желании поцеловать ваши губы. Но вы были женой другого человека, и перейти эту границу я не имел права.

Они долго смотрели друг другу в глаза. Слова больше не требовались: всё главное уже прозвучало в его признании и в том, как изменилось лицо Оксаны. До назначенного заседания оставалось девятнадцать дней, и всё это время формально она ещё считалась женой Романа. Разговор затянулся до глубокой ночи, и они так и остались сидеть рядом в комнате, пока накопившаяся усталость незаметно не сморила обоих…

Утром приехал Тарас. Он открыл квартиру своим ключом и с чемоданом в руке направился в комнату, собираясь, как обычно, поцеловать сестру в нос. На пороге брат неожиданно остановился.

Оксана была не одна. Она спала, положив голову на плечо Николая, а тот крепко и бережно обнимал её, словно даже во сне боялся отпустить. Тарас беззвучно прикрыл дверь и прошёл на кухню.

Он сразу узнал мужчину: это был тот самый начальник Оксаны, который накануне позвонил и подробно объяснил случившееся, пока сестра плакала где-то рядом. Тарас решил не будить их. После пережитого Оксана впервые за долгое время спокойно спала рядом с человеком, которому доверяла.