Андрей помог сестре встать, накинул на неё халат. Оксана была слабой, ноги дрожали, но она упрямо шла к выходу.
Они спустились на лифте, прошли через холл. Медсестра на вахте хотела было остановить, но Андрей тихо объяснил: «Мы на пять минут, во дворик, ей нужно подышать».
Медсестра кивнула, махнула рукой. Андрей повёл Оксану к машине, припаркованной у главного входа в больницу. Альма увидела их издалека, вскочила, прижалась носом к стеклу, завиляла хвостом.
Андрей открыл дверь, и собака выпрыгнула наружу. Оксана опустилась на корточки прямо на асфальте, протянула руки. Альма подбежала, прижалась к ней, облизала лицо.
Оксана обняла собаку, крепко, отчаянно, и заплакала. «Спасибо тебе, девочка! — шептала она сквозь слёзы. — Спасибо, что спасла моего брата. Ты не представляешь, как я тебе благодарна, как мы все тебе благодарны!» Альма тихо скулила, лизала Оксане руки и лицо, прижималась всем телом, будто понимала, что произошло что-то важное, что эти два человека — её семья. Андрей стоял рядом, смотрел на сестру и собаку, и слёзы текли по лицу. Вот она — любовь, настоящая, чистая, без слов! Оксана гладила Альму по голове, шептала что-то, и собака слушала, прижав уши.
«Я перед тобой в вечном долгу, — говорила Оксана. — Ты спасла самого дорогого человека в моей жизни. Мы с Андрюшей — самые близкие друг другу люди. Если бы я его потеряла, я бы не пережила. А ты — как ангел, как настоящий друг!» Альма облизала её щёку, и Оксана рассмеялась сквозь слёзы. Андрей присел рядом, обнял их обеих, сестру и собаку.
«Спасибо, что вышла, — тихо сказал он Оксане. — Знаю, тебе тяжело, но это важно для неё».
«Конечно, важно».
Оксана снова погладила Альму. «Я должна была её увидеть, обнять, сказать спасибо. Она это заслужила».
Они посидели ещё немного во дворике больницы, на старой деревянной скамейке под тополями. Вечер опускался на город тихо и мягко. Альма лежала у ног Оксаны, положив морду ей на колени.
Андрей сидел рядом, держа сестру за руку. «Знаешь, Андрюш, — тихо сказала Оксана, глядя на закат, — раньше я всё измеряла результатом и считала твою мягкость недостатком. Но семь лет назад именно доброта заставила тебя остановиться у сугроба и спасти Альму. А сегодня она спасла тебя. Теперь я понимаю: доброта тоже может быть силой. Любовь вернулась, Андрюша, добро вернулось». Андрей молчал, слёзы текли по щекам.
«Я всю жизнь пытался быть как отец — сильным, жёстким — и всегда чувствовал, что не дотягиваю».
«Ты лучше его, — твёрдо сказала Оксана. — Ты добрый, и это настоящая сила». Вскоре медсестра вышла во двор, напомнила, что Оксане пора возвращаться.
Андрей помог сестре встать, обнял её на прощание. «Завтра приеду», — пообещал он.
«Приезжай и Альму приводи, я хочу её ещё увидеть», — сказала Оксана, погладила собаку по голове, поцеловала в морду.
Альма облизала ей руку, будто давая обещание. Андрей проводил Оксану до входа, дождался, пока медсестра увела её наверх, потом вернулся к машине. Альма уже сидела на заднем сидении, смотрела на него умными глазами.
«Поехали, девочка», — тихо сказал он, заводя двигатель. В груди разливалась благодарность — глубокая, тёплая, всепоглощающая. Он жив.
Оксана жива. Все живы. И всё это стало возможным благодаря Альме, которую Андрей когда-то спас…
