она должна узнать правду. Для себя. Для ребенка. И для женщины, которая, возможно, умерла не случайно.
День прошел в бытовой суете. Олег занимался мелким ремонтом, Нина возилась на кухне, готовя праздничные мелочи. Но все ее мысли были заняты одним: как действовать дальше.
Вечером, когда муж ушел в гараж, она открыла ноутбук и начала искать старые публикации. Заметка о смерти Алёны нашлась быстро. Для небольшого сообщества гибель молодой женщины тогда стала заметным событием.
В тексте говорилось о трагическом несчастном случае в доме за городом. Двадцатидевятилетняя Алёна Громова, жена местного предпринимателя Олега Громова, погибла после падения с внутренней лестницы. По предварительным данным, женщина потеряла сознание, упала с высоты и получила травмы, несовместимые с жизнью.
Нина перечитала материал несколько раз. Все было написано сухо и ровно, без намека на преступление. Но одна деталь заставила ее затаить дыхание.
В момент происшествия в доме находилась только мать мужа погибшей. Она и вызвала скорую помощь, однако прибывшие медики уже ничем не смогли помочь.
Только Валентина Павловна.
Никаких свидетелей.
Дальше поиск вывел Нину на еще более старую заметку. Двадцатилетней давности. Женщина по имени София Громова погибла при похожих обстоятельствах: упала с лестницы в собственном доме, получив смертельную травму головы. В заметке упоминалось, что в последние дни она жаловалась на сильное головокружение.
Нина долго смотрела на экран.
Громова. Та же фамилия.
Могло быть совпадением. Но в памяти всплыла фотография из дома свекрови: молодой мужчина, похожий на Олега, только старше. Роман, его брат. Тот самый, который давно жил отдельно и приезжал к матери редко.
Нина нашла страницу Романа в сети. Среди старых фотографий обнаружился снимок: он стоял рядом с красивой темноволосой женщиной. Подпись была короткой: «Моя София. Столько лет без тебя».
Нина записала имена и даты дрожащей рукой.
Две невестки Валентины Павловны. Две беременности. Два падения с лестницы. Два случая головокружения перед смертью. И рядом — одна и та же женщина.
Это уже не выглядело случайностью.
Но что делать с такими догадками? Надпись на ограде — страшная, но хрупкая улика. Старые заметки — лишь совпадения. Травяные настои — пока только подозрение.
Телефон зазвонил так внезапно, что Нина вздрогнула. На экране было имя свекрови.
— Да?
— Дорогая, как ты себя чувствуешь? — голос Валентины Павловны был сладковатым.
— Нормально. Уже ложусь.
— Завтрашний обед не забыла?
— Нет. Мы приедем.
— Прекрасно. Я приготовлю для будущей мамы небольшой сюрприз. И захвати, пожалуйста, те баночки с травами, что я тебе давала. Я заменю их свежими.
Когда звонок оборвался, Нина еще долго сидела неподвижно.
Баночки. Она ни одной не выбросила, чтобы не вызвать вопросов, но и не пила почти две недели. Что именно Валентина Павловна хотела заменить? И зачем так настаивала?
Олег вернулся из гаража, пахнущий холодным воздухом и машинным маслом.
— Машину проверил. Завтра доедем без приключений, а то мама нам этого не простит.
Нина смотрела на мужа и пыталась понять, можно ли доверить ему весь ужас своих подозрений.
— Олег, — сказала она осторожно, — у Романа ведь была жена до нынешней?
Он удивился.
— Была. София. Она давно умерла. А почему ты спрашиваешь?
— Вспомнила фото у твоей мамы. Как она погибла?
Олег нахмурился.
— Несчастный случай. Упала с лестницы. Роман потом долго не мог прийти в себя. С чего вдруг такие вопросы?
Пульс Нины участился.
— Она была беременна?
Олег замер.
— Откуда ты… Да, кажется, была. Я тогда подростком был, плохо помню. Нина, объясни, что происходит.
Она смотрела на него, чувствуя, как между ними растет расстояние. Они сидели почти рядом, но ей казалось, что муж стоит на другом берегу.
— Когда я красила ограду на могиле Алёны, — тихо произнесла она, — я нашла надпись.
— Какую еще надпись?
