Она стояла посреди комнаты бледная, растерянная, с широко раскрытыми глазами. Ещё недавно её лицо было довольным, а теперь она смотрела на Дениса так, будто не узнавала его.
— Денис, что происходит? — спросила она. — Ты с ума сошёл? Зачем ты так?
Он подошёл к ней молча. Внутри уже не было прежней вспышки. Остался тяжёлый, окончательный холод. Денис взял Олесю за руку и потянул к двери.
— Теперь твоя очередь.
— Что? — она попыталась выдернуть руку. — Подожди, ты о чём?
— О том, что ты уходишь. Сейчас.
Олеся побледнела ещё сильнее. Она была в домашнем халате, растерянность быстро переходила в страх.
— Денис, остановись. Давай поговорим. Ты что-то не так понял.
Он усмехнулся, но в этой усмешке не было ни тепла, ни сомнения.
— Не так понял? — переспросил он. — Ты правда думаешь, что я ничего не знаю?
Олеся замолчала. На секунду её взгляд метнулся в сторону кухни. Денису хватило этого.
— Я всё видел, — сказал он. — И слышал достаточно. Не надо рассказывать мне про ремонт, про шутки и про случайность. Ты сама всё выбрала.
— Денис, я…
— Нет. Больше никаких объяснений.
Он открыл дверь. Олеся хваталась за косяк, повторяла его имя, но Денис был непреклонен. Разговор закончился для него ещё тогда, у экрана.
— Ты больше не моя жена, — сказал он глухо. — По крайней мере, в этом доме тебя больше нет. Уходи.
Он вытолкнул её за порог. Она оказалась на площадке босиком, в халате, всё ещё надеясь, что дверь не закроется по-настоящему. Но замок щёлкнул почти сразу.
Денис вернулся в квартиру, прошёл в комнату и распахнул шкаф. Он действовал быстро. Доставал её платья, брюки, футболки, бельё, сумки, обувь — всё, что попадалось под руку и принадлежало Олесе. Потом открыл балконную дверь и начал выбрасывать вещи вниз.
Одежда падала во двор неровными комьями. За ней летели пакеты, туфли, косметичка, сумка. Внизу останавливались соседи. Олеся кричала с площадки, стучала в дверь, умоляла прекратить, но Денис не отвечал: каждая вещь казалась частью лжи, которую он больше не хотел видеть рядом.
Когда шкаф опустел, он задержался у балкона и посмотрел вниз. Вещи Олеси лежали на асфальте, её голос всё ещё доносился из подъезда. Денис закрыл балконную дверь. Внутри стало тихо. И больше для неё в этой квартире не оставалось ни одной вещи, ни одного места, ни одного права…
