Впустила она Оксану не сразу. Сначала оглянулась на новый диван, словно тот мог подсказать, как поступить. Потом сняла цепочку и отступила. Квартира пахла свежей мебелью, дорогими духами и недопитым кофе. На подоконнике лежал мужской шарф — прошлой зимой Оксана сама выбирала его Богдану.
— Чай не предлагаю, — сказала Диана.
— Я не за чаем.
— Тогда быстро. Богдан взрослый мужчина. Ваш брак, по его словам, давно пустой. Люди расходятся.
— Он говорил, что расходится?
— Говорил, что все решит.
— Через суд?
Диана отвела взгляд.
— Я не люблю юридические подробности.
— А квартиру он вам обещал?
— Это не ваше дело.
— Если речь о моей квартире, то мое.
На щеках Дианы выступили пятна.
— Он сказал, что вам нужны только стены и память об отце. А ему нужна нормальная семья. И дети.
Это слово ударило точно в старую рану. Оксана удержала лицо неподвижным.
— С вами?
— Да.
— Я пришла понять, знаете ли вы, во что вас втянули.
Она достала телефон. Переписку с Галиной Петровной показывать было рано. Оксана открыла фотографию подушки без наволочки и снимок пакета.
— Вчера Богдан должен был быть в командировке. Вместо этого он тайно пришел домой и капнул неизвестную жидкость на мою подушку. В машине его ждала женщина.
Диана коротко рассмеялась.
— Вы серьезно? Это уже совсем театр. Я не была с ним в машине.
— Он говорил вам, что его мать нашла выход?
Смех исчез.
— Откуда вы это знаете?
— Значит, говорил.
Диана сжала губы.
— Он сказал, что мама знает людей. Что развод будет грязным, что вы все заберете. Что надо просто подождать, и потом он будет свободен.
— Без развода?
— Он не объяснял.
— А вы не спрашивали?
— Я люблю его.
Оксана посмотрела на новый диван.
— Нет. Вы ждали места.
Диана резко повернулась.
— А вы держали его рядом из удобства. Он говорил, вы холодная, после больницы стали другой, в вашем доме все пахнет вашим отцом.
В памяти Оксаны вспыхнул белый больничный коридор, ладонь Богдана на ее пальцах, пустота после слов врача. Потом он, видимо, рассказывал другой женщине, что жена стала тенью, с которой тяжело жить.
— Он сказал вам, почему я стала другой?
Диана промолчала.
— Спросите когда-нибудь. Хотя нет, не спрашивайте. Вам станет неприятно.
— Что вы от меня хотите?
— Не звоните ему. Не предупреждайте, что я приходила. Если он попросит подтвердить командировку, подумайте, хотите ли оказаться в деле, где муж пытался убить жену ради наследства.
— Убить? Вы сошли с ума?
— Нет. Пока я просто предупреждаю вас по-хорошему.
Оксана направилась к двери. Уже в прихожей Диана сказала тише:
— Он обещал мне не вашу квартиру. Другую. Говорил, эту продаст, потому что вы все равно не сможете…
