К Оксане следователь пришел на второй день расследования. Не потому, что подозревал именно ее, а потому, что методично опрашивал всех деревенских, кто хоть однажды пересекался с погибшими. «Коваленко Оксана Николаевна?» — спросил он, сверяясь с блокнотом.
«Вы знали погибших?» «Видела пару раз, — ответила Оксана спокойно, занимаясь домашними делами, не прерывая работы. — Заходили представиться, когда приехали». «Больше ничего не припомните? Может, видели их в тот вечер?» «В тот вечер я дома была, — сказала она ровно. — Хозяйство, дела всякие. Одна живу. Отца недавно похоронила. Тяжело справляться». Следователь кивнул, что-то записал. Окинул взглядом ее худую фигуру, бледное лицо, скромное деревенское платье.
«Соболезную вашей утрате, — сказал он машинально. — Больше ничего не заметили странного в поведении погибших?» «Обычные городские были, — пожала плечами Оксана. — На деревню нашу свысока смотрели, посмеивались. А так ничего особенного». Он поблагодарил ее за ответы и ушел, даже не заподозрив, что перед ним стоит именно тот человек, которого он ищет. Настолько несовместимой казалась очень хрупкая, недавно осиротевшая девушка с картиной жестокого двойного убийства.
Расследование продолжалось 4 месяца. Отцы погибших давили на прокуратуру, звонили в высокие кабинеты, требовали немедленных результатов. Следователя из столицы сменил другой, потом третий.
Прочесали каждый метр леса вокруг деревни, обыскали все дворы в поисках окровавленной одежды или орудия убийства, опросили жителей соседних сел. Не нашли ничего. Вилы, которые Оксана тщательно отмыла и вернула на прежнее место в сарае, ничем не отличались от десятков таких же, что стояли в каждом деревенском дворе.
Одежду, в которой она была в тот вечер, она сожгла в печи следующей же ночью. Версия о диком пчелином нападении, наложившемся случайно на убийство неизвестными лицами, обсуждалась экспертами, но так и не получила окончательного подтверждения. Слишком странным казалось сочетание этих двух факторов, слишком нетипичным для криминалистической практики.
Дело в итоге приостановили за отсутствием подозреваемых и перспектив раскрытия. Ни один человек — ни в деревне, ни в районе, ни в самой столице — даже не допустил мысли, что за смертью двух взрослых мужчин может стоять 20-летняя девушка весом в неполные 50 килограммов. Прошел год…
