— Выйду к нему, — сказала та.
— Я тоже пойду.
— Нет. Ты оставайся с детьми. Мне надо выйти. Я его тридцать четыре года жду.
Надев пальто, она взяла с полки жестяной сундучок. Марина осталась у окна. По расчищенной дорожке к машине шла маленькая тёмная фигура. Денис вышел ей навстречу; у забора они остановились друг против друга. Широкий в синей куртке, он был на голову выше.
Сундучок Лидия Геннадьевна протянула сразу, но Денис не брал. Долго она держала его перед собой, пока он наконец не принял. Что-то сказала. Он промолчал, сел обратно, поставил сундучок на соседнее сиденье и остался на месте.
— О чём вы ему сказали? — спросила Марина, когда Лидия Геннадьевна вернулась.
— Что письма его. Читать или не читать — пусть сам решит, но принадлежат они ему. И ещё сказала, что в Тальноречье дверь открыта.
До темноты машина стояла у забора. Телефон в ней то освещал окно, то гас. Когда наконец заработал мотор, Денис поехал не к районному центру, а в другую сторону — к развилке на Тальноречье.
Утром Лидия Геннадьевна собралась топить старый дом. Марина пошла вместе с ней: в последние недели они уже ходили вдвоём, с тех пор как хозяйка призналась, что ноги стали плохи и одной по сугробам страшно. Александр вёз за ними дрова на санках.
Возле дома стояла серебристая машина — пустая, остывшая. Дверь оказалась открытой. Печь топили ночью, теперь она остывала; хлеба на столе не тронули.
Денис сидел у стены на лавке, в шапке и куртке, перед фотографией светловолосой женщины. На столе лежали раскрытые письма: 34 конверта и стопки листков, исписанных ровным почерком Лидии Геннадьевны.
Александр задержался на пороге. Марина положила ему ладонь на плечо. Денис поднял голову. Красные глаза были сухими — он не плакал. Никогда не плакал, даже хороня Раису Кирилловну. Но теперь в лице что-то сдвинулось, надломилось, как в его кривом мизинце.
— В письмах про кашу с изюмом, — хрипло сказал он Лидии Геннадьевне. — Ты мне её варила… А я совсем не помню.
— Тебе всего три года было. Что же ты можешь помнить.
— А вот это помню. — Он указал на красные варежки с белыми звёздочками. — Вчера увидел их, и будто что-то в голове осталось. Снег. Кто-то меня несёт. Мне холодно, а в варежке тепло.
Лидия Геннадьевна сняла варежки с гвоздика и подала ему. Он принял — маленькие, почти невесомые в огромных ладонях.
— Бабушка говорила: мать сбежала, нас бросила. Отец из-за неё запил, подрался и оказался в тюрьме. Я всю жизнь мать ненавидел. Думал, останься она, всё иначе вышло бы.
— От вас она не уходила. Ко мне пришла, а я её назад отправила. Меня ненавидеть надо.
Он долго смотрел ей в лицо.
— Но ты её не убивала.
— Не убивала. Только и не спасла.
Денис посмотрел на Александра, на его перевязанную руку.
— А я… Я…
Он поднялся, не закончив. Варежки сунул в карман куртки, затем достал и осторожно вернул на стол, к письмам.
— Тебе они принадлежат. Ты ведь их хранила.
Денис вышел. Марина услышала мотор; на узкой дороге машина медленно развернулась и уехала. Александр всё ещё стоял неподвижно.
— Мам, он тоже был как я? Маленький?
— Тоже. Но его никто не увёл.
Через месяц, на второе заседание, Денис пришёл без адвоката. Сел на место истца, перед собой положил исписанный от руки лист. Получив слово, встал.
— От иска отказываюсь. Дети пусть остаются с матерью.
Судья подняла глаза.
— Вы понимаете, что означает отказ? С тем же требованием и по тем же основаниям повторно обратиться в суд вы уже не сможете.
— Понимаю.
— Чем вызвано ваше решение?
Марина видела, как пальцы Дениса стиснули край стола. С ответом он помедлил.
— Таким я им не нужен. Я обжёг сына. Жену четырнадцать лет бил. Думал, так и бывает, меня самого так растили. Бабушка учила: «Мужик должен держать дом в руках». Вот я и держал.
Судья молча посмотрела на него и после паузы заговорила:
— Отказ от иска принят. Производство по этому делу прекращается. Ответчица, вы заявляли встречное требование: определить место жительства детей с вами и установить порядок общения с отцом. Поддерживаете?
— Да, поддерживаю, — ответила Марина.
— Истец, есть возражения?


















Поделитесь впечатлением от истории
10Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.
Шкода того Дениса що негавчили його любові й поваги до дітей до жінки і страшго йому прощати
Відчула як ця жінка перенесла всі незгоди разом з дітьми,витримала і що на її шляху все-таки зустрілися гарні,добрі люди які допомогли їй вирішити всі питання.Ця розповідь дуже сподобалась,душевна,повчальна,дякую.
Плакала,такого не пробачають.
Плакала
Цікава життєва історія.Хочеться щоб таких покалічених сімей не було взагалі.
Це сама найкраща розповідь,яку я прочитала. Дякую вам гарно.
Кінець історії мені сподобався . Багато жорстокості й болю , але доброта і справедливі рішення помякшували ситуацію. Дякую автору за гарну розповідь . ❤️
Рассказ великолепный.за душу берёт.Спасибо Вам огромное.Денис не исправиться.человек поднявший руку на мать своих детей не остановиться.Спасибо ещё раз.
Надзвичайно зворушливо щиро дякую. 💖
Спокій за цю родину,і можливо сум.