Жизнь без прикрасВалентина не вмешивалась, понемногу отпивая чай. Она могла бы рассказать, что «Меридиан Инвест» — дочерняя компания «Ткач групп». Про то, почему сюда не поступил бетон: решение приняли в одном-единственном кабинете. В том кабинете на стене висела выцветшая схема организации работ, а одну фамилию на ней окружал красный маркер. Всё это Валентина знала, но оставила при себе. За эти годы убедилась: до чего человек додумывается сам, то ударяет сильнее обвинений.
— Пирога кому отрезать? С вишней.
Елена смотрела на неё, не отрываясь. Утром предполагалось бросить сломанного банкрота к ногам жалкой брошенной жены и уехать победительницей. Теперь у этой «брошенной» она пила чай из тонкого фарфора — в доме на земле, где разорился её мужчина. Казалось, на трассе был пропущен нужный поворот. Только случилось это не сегодня, а года четыре назад.
Николай оставался на подлокотнике. Шевелил губами, мысленно что-то складывая. Лицо серело: расчёт сходился, и итог выходил скверный.
— Валентина… А муж у тебя дома бывает?
— Бывает. Через сорок минут примерно приедет, по пятницам он раньше заканчивает. Так что ешьте пирог, времени хватит, не торопитесь. — Она посмотрела на часы.
Последние слова подняли в нём желание вскочить и бежать. Ещё утром выяснилось, что бежать некуда.
Пирог он всё-таки ел.
Для Елены это оказалось едва ли не самым поразительным. Только что понял, что гостит у человека, разорившего его, и всё равно аккуратно отделяет вилкой кусок за куском, низко склонив голову к тарелке. Впрочем, она знала: при любой катастрофе Николай сперва ел. Будто организм делал запасы на случай, если кормить больше не будут. Когда-то это казалось милым. Теперь, глядя на его двигающиеся челюсти, Елена думала о четырёх годах рядом с человеком, которого так и не разглядела.
— Хороший пирог. — Николай отодвинул опустевшую тарелку. — Лучше тебя никто не пёк. Я в этой… — Он покосился на Елену. — В общем, больше нигде такого не пробовал.
— Николай, не надо, — ровно остановила Валентина.
— Чего не надо?
— Издалека заходить. Пока ел, репетировал, я вижу. Лицо у тебя сейчас как перед встречей с кредиторами: подбородок честный, глаза несчастные. Скажи уж сразу, чего хочешь.
Вилка повертелась в его пальцах, легла поперёк тарелки, потом вдоль. За окном прошла поливальная машина. Вода шуршала по брусчатке посёлка, который так и не стал его.
— Мне идти некуда, Валя. Физически, понимаешь? Квартира в залоге, до конца месяца отберут. На счетах арест. А машину Елена ещё в прошлом году на себя записала. Умная, заранее позаботилась.
— Я позаботилась? — Елена задохнулась. — Это ты придумал! Сам сказал: для оптимизации!
— Друзья, оказалось, у меня тоже вместе с деньгами закончились. Вчера спал в машине. В её машине, возле её подъезда. Она замки поменяла. А у меня сахар то вверх, то вниз, без таблеток нельзя, их уже почти не осталось. Не прощения прошу. Прошу… — Он замолчал, подыскивая слово, и выбрал самое страшное. — Пересидеть. Неделю или две. Дом-то у вас большой. Мне любой угол подойдёт. Я тихо буду.
Валентина смотрела на руки. За эти шесть лет они будто прожили пятнадцать: пятна, выступившие вены, ногти без ухода. Остался след кольца. Значит, с Еленой он тоже носил обручальное, другое.
Эти руки когда-то собирали по схеме их первую мебель в старой пятиэтажке. Николай чертыхался, а она подавала шурупы в кружке. Таких общих лет набралось двадцать — прожитого не вычеркнешь. В первый год её оперировали; он ночевал на стульях больничного коридора. Потом были четыре года ухода за его матерью. Ухаживали вместе, но мыла её Валентина, она же стригла ногти: к старости свекровь признавала только её руки.
Ничего из этого не исчезло. Оно осталось на дне, словно затонувшая лодка. Смотреть на неё ещё можно, плавать — уже нет.
— Какие у тебя таблетки? — спросила Валентина.
— Что?
— От сахара что принимаешь?
Николай назвал препарат. Валентина кивнула и вышла на кухню; оттуда донёсся стук дверцы шкафчика — открыла, закрыла. Когда она вернулась, в руке была упаковка. Такой же диагноз, такое же лекарство у Михаила… Сейчас это совпадение выглядело почти непристойной насмешкой судьбы.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.