Жизнь без прикрасОн принял упаковку в сложенные ладони, как берут птенца. И тут же, наклонившись, коснулся лбом её запястья — торопливо, украдкой. Отдёрнуть руку Валентина не успела.
— Валечка, святая ты. Я ведь всегда так и говорил.
— Вернись на место.
— Я за эти месяцы всё понял, слышишь? — Он не сел, продолжал держаться за её руку, частил, глотая окончания. — Таких, как ты, больше нет. Дарья только обирала меня. А эта… — Он кивнул в сторону Елены. — Выжила и выбросила. До самого дна надо было дойти, чтобы увидеть, кто рядом был настоящий. Мне ведь недолго осталось: сахар, сосуды… Врач про риски говорил. Я ничего не требую. Если бы только рядом быть… Я бы гайки крутил, снег чистил. На всё согласен.
Под рёбрами у Валентины заныло знакомое, за двадцать лет ставшее ручным чувство. Она давно считала его похороненным, а оно, выходит, лишь спало. Пока Николай говорил, она уже подыскивала ему комнату: где поселить, чтобы Михаилу было не так неприятно? Гостевая над гаражом, туда отдельный вход… От того, что она всерьёз это обдумывала, стало холодно.
С дивана за ними следила Елена. Она отодвинулась к самому подлокотнику, как отодвигаются от пролитого.
— Поразительно. Он ведь сейчас и вас убедит. Четыре года я это наблюдала, порядок знаю. Сейчас скажет, что жить ему осталось совсем чуть-чуть. Уже было про чуть-чуть?
— Нет.
— Помолчи, — бросил Николай через плечо.
— Значит, было. Следом пойдёт, что только вы одна его понимали. А через две недельки ему понадобится ваша карточка. Конечно, не для себя — на лекарства! Валентина Степановна, я же к вам как женщина к женщине.
— Вы ко мне — никак, — без всякого нажима ответила Валентина.
Елена осталась сидеть.
Следующие звуки Николай узнавал один за другим: за все эти сорок минут он успел и дождаться их, и испугаться заранее. Плавно прокатились по направляющей ворота, шины прошуршали по дворовой плитке, хлопнула дверь машины. Потом повернулся ключ, послышались неторопливые шаги. В них была та тяжесть, с какой ступает человек, когда всё под ногами принадлежит ему.
— Валь, я дома. Гости пусть машину от ворот отгонят, а то поливалке не развернуться.
Только теперь Николай разжал пальцы на запястье Валентины и выпрямился. Упаковку он сунул глубоко в карман и зачем-то ещё прикрыл ладонью.
— Пойду подышу, — сказала Елена.
Через стеклянную дверь гостиной она выскользнула на террасу, пока хозяин раздевался в прихожей. Дышать ей никто не мешал и в доме; сил изображать, будто она справляется, больше не было.
Улица уже серела в предвечернем свете. В конце квартала, тихо урча, разворачивалась поливальная машина. Елена достала телефон: семь пропущенных от матери. Пятница, привычное время. Мать всегда звонила спросить об одном и том же — перевели ли платёж за квартиру. Николай ещё после прошлой сделки обещал закрыть его целиком.
Она набрала номер. Прозвучал один гудок, и Елена нажала отбой. Вместо разговора открыла переписку и надолго задержалась на своей последней, вторничной строчке: «Мам, всё нормально, не накручивай». Под сообщением была отметка о прочтении. Ответа не было: мать не умела подбирать слова к тому, во что не верила.
Убирая телефон, Елена заметила, что всё это время дёргает ремешок сумки: оттянет, отпустит, снова оттянет. В детстве она точно так же стояла перед дверью директора.
Из приоткрытой двери доносился незнакомый ровный мужской голос. Хозяин расспрашивал жену в прихожей; в промежутках из гостиной слышалось короткое покашливание Николая. Так извиняюще кашляет человек, который ещё только готовит ответ, но уже знает: его не примут. Четыре года Николай с высоты своего опыта объяснял Елене, как устроена жизнь. Она верила — проверять было и страшно, и лень. Теперь проверка состоялась без её участия. Хватило одного дня.
Валентина тем временем забрала у мужа куртку и вполголоса сообщала, кто приехал, с чем и как давно. Михаил слушал с той рабочей сосредоточенностью, с какой читал сводки с объектов; других выражений на лице не появлялось. Но при словах о просьбе пожить он взглянул на дверь гостиной.
— А ты? — спросил он одними губами.
— Посмотрю, — так же беззвучно ответила она.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.