Жизнь без прикрас
— Сейчас же переведи моей матери двести тридцать тысяч.
Антон произнёс это без запинки, ровным требовательным голосом — так в суде оглашают приговор. Ирина остановилась на пороге с остывшим флэт уайтом в бумажном стаканчике. Другую руку оттягивал поводок-рулетка: на его конце жизнерадостный джек-рассел-терьер Рыжик перебирал лапами по ламинату. В густой, тяжёлой паузе слышалось только цоканье когтей.
— Ещё раз, пожалуйста, — спокойно попросила Ирина и отпила кофе. Горечь оказалась чрезмерной, но сейчас подходила как нельзя лучше.
Посреди коридора стоял Антон, сложив руки на груди. На спортивном костюме красовался неизвестный бренд, агрессивный до невозможности. Вся поза мужа выражала едва прикрытую обиду на мир, который задолжал ему уже самим своим существованием.
— А что непонятного? — Он закатил глаза с театральной выразительностью. — У матери больная спина. Она на своём диване мучается, ты прекрасно знаешь. Пружины в поясницу лезут. Врач велел хорошую ортопедию покупать. Я уже подобрал: дизайн итальянский, дубовый массив, буковые ламели, матрас с независимым блоком. Целая спальня, «Императорский покой».
Ирина медленно прикрыла и открыла глаза. Мужнины рассуждения действовали на неё, как штопор: виток за витком ввинчивались в мозг, а когда заканчивались, оставляли пустоту и слабое похмелье. Поставив стаканчик на обувную тумбу, она ответила:
— Антон, не надо считать мой счёт отделением благотворительного фонда твоей мамы. Болит спина у Раисы Леонидовны — порекомендую хорошего массажиста. Нужен другой диван — у неё есть пенсия. А если тебе хочется подарить ей ложе европейских монархов, оплачивай свой подарок сам.
— Мы вообще-то семья! — От возмущения на лице мужа выступили красные пятна: достоинство его было оскорблено. — Ты собак в салоне каждый день стрижёшь, деньги лопатой гребёшь. Для собственной свекрови такую мелочь зажала?
— Эта «мелочь», двести тридцать тысяч, — месячная аренда салона, налоги и расходники. Оплачивать мебельные мечты женщины, подарившей нам на свадьбу пластиковые салатники, я не намерена. Больше обсуждать нечего.
Она освободила Рыжика от поводка, скинула ботинки и направилась на кухню. Антон остался в коридоре кипеть от негодования. Затевать долгий спор Ирина не хотела: за три года замужества она выучила его окончание наизусть. Её объявляли меркантильной, после чего муж брал ключи от машины, купленной на её же деньги, и отправлялся проветриваться.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.