Жизнь без прикрасРаиса помолчала, потом заговорила осторожно. Таким голосом она когда-то уговаривала Валентину поесть.
— Может, мне приехать?
— Зачем тебе?
— Да хоть посидеть рядом. За рукав подержать. Я ведь помню тебя после его ухода, Валь. Такое на всю жизнь остаётся. Сидела у меня на кухне, ладонью банковскую бумажку разглаживала. Будто выровняешь её — и сумма меньше сделается.
— А у меня забылось, представляешь? — Валентина достала салфетки с полки. — Вернее, выработалось, как мозоль. В воскресенье приезжай, смородину привози. Вдоль южного забора её посадим. И ещё, Раиса: ты в прошлом году говорила — пока не отболит, не зарастёт. Оказалось, зарастает и то, что ещё не отболело. Только шрам пошире.
В гостиную она вернулась с салфетками и таким видом, будто единственным решённым вопросом был приезд саженцев.
За это время Елена дважды осмотрела комнату. И оба раза взгляд споткнулся о жестянку на камине: маленькую, старую, помятую коробочку из-под леденцов. На крышке едва угадывался стёртый петух. Среди дорогих рамок с фотографиями она была как заплатка на вечернем платье.
Елена не знала, что в самый чёрный год там лежали деньги на дорогу. Каждое утро Валентина отсчитывала мелочь на два автобуса: карту съедал банк. На камине коробочка служила не памятником той беде — скорее линейкой, которой измеряют пройденное расстояние.
— Дом у вас красивый, — сказала Елена, лишь бы что-нибудь произнести.
— Для жизни годится, — согласилась Валентина.
Николай наконец оставил свой пост возле двери. К окну он пробирался медленно, боком, словно по чужому минному полю. Отвёл край шторы. По одну сторону Рябиновой расположились восемь участков, по другую — семь. Молодые деревья, ровная брусчатка; у дальнего поворота стоял строительный вагончик, рядом аккуратно сложили тротуарную плитку. На этот штабель он смотрел слишком долго для человека, рассматривающего плитку.
— Валентина, это Рябиновая, ведь так? — позвал он, не поворачиваясь.
— Ты же табличку читал, — отозвалась она с кухни.
— Здесь было поле, за старым кирпичным. Двенадцать гектаров. Знакомая мне земля. В 2016 году я заказывал по ней технические заключения.
Елена смотрела то на него, то на кухонную арку. Зрительнице достался спектакль, а программу выдать забыли.
— Какое ещё поле, Николай? О чём ты говоришь?
Отвечать ей он не стал. Повернулся к Валентине — та как раз входила с подносом чашек. Вопрос прозвучал так, словно он просил назвать результат анализа, уже зная диагноз:
— Земля под улицей чья? Я про всё: дорогу, инженерные сети, участки.
— Мужа моего. — Валентина поставила поднос. — Сахар кому положить?
Это «мужа» угодило в разговор, словно гаечный ключ в работающий механизм. Елена моргнула. Николай сел мимо сиденья, на подлокотник кресла; там и остался, перекошенный, в неудобной позе.
— Что значит — мужа? Он же говорил, что вы одна. Все эти годы. Он даже…
Елена не договорила. Продолжение унижало бы сразу троих. За ужином Николай любил поднять рюмку за Валентину: без меня, мол, так и не устроилась. Елена тогда чокалась с ним.
— Уже пятый год замужем. — Валентина принялась разливать чай. — Расписались тихо, объявлять не стали. Фамилия его снаружи написана, вы проходили. Ткач.
Из Николая вырвался короткий звук: худшая из догадок получила подтверждение.
— Ткач… Михаил Петрович Ткач.
— Вы знакомы? — Валентина подняла на него глаза.
Умей Елена читать такие взгляды, она увидела бы, что ответ хозяйке известен и пауза доставляет ей удовольствие.
— Николай, можно наконец объяснить? — Елена потянула его за рукав. — Кто он? Бандит? Чиновник?
— Похуже. — Николай криво усмехнулся одним уголком рта; в усмешке чувствовалась желчь. — Он ничего не забывает. Группа компаний «Ткач групп» — его. Карьеры, бетонные заводы, дороги, девелопмент. Про «Рябиновые холмы» помнишь? Я рассказывал. Коттеджный посёлок, мой проект. Туда ушло всё моё и столько же взятого взаймы. — Он кивнул к окну. — Вот и посёлок. Холмы на месте, меня в них больше нет.
— Так это та самая стройка, где ты прогорел? Но ты говорил, кризис, подрядчики обманули, банк отозвал…
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.