Раздались короткие гудки. Марина долго не выпускала телефон. Вспоминались слова Зои о денежных бумагах, написанных чужой рукой. Потом она сидела в тёмной кухне, слушала дедовы настенные часы и пыталась вспомнить потерянный листок.
Марина включила свет и села за стол, за которым когда-то работал дед. В телефоне открыла приложение электронных услуг, но дальше запроса пароля оно её не пустило. Она набрала старый, ещё с училища, которым пользовалась до замужества. На экране появился ответ: пароль неверный. Тогда Марина попробовала другой вариант, с датой рождения деда. Снова отказ. Оба сочетания, которые она могла вспомнить, не подошли. Приложение предлагало восстановить доступ — теперь оставалось воспользоваться этим предложением.
При восстановлении выяснилось, что учётная запись по-прежнему привязана к её собственному номеру. Его Денис менять не стал. Наверное, решил, что незачем: телефон всегда был рядом, а Марина без возражений называла приходившие коды. Новый пришёл спустя несколько секунд. На этот раз пароль придумывала она сама. Соединила название любимой дедовой краски с девичьей фамилией бабушки — получилось длинно. Чтобы снова не остаться без него, записала сочетание в заметке внутри телефона и закрыла её под замок. Бумажному листочку она его уже не доверила.
Открывшаяся главная страница показала небольшой долг по парковочному штрафу, переданный на принудительное взыскание. Автомобиль оформили на Марину: Денис объяснял, что страховка так дешевле. Штраф выписали в Берёзовске, на незнакомой ей улице.
В настройках Марина открыла раздел безопасности, а оттуда перешла к действиям в системе. Экран заполнился длинным столбцом записей. У каждой стояли дата и время; рядом указывались устройство и место, откуда приблизительно входили в учётную запись. Она разбирала их медленно, помогая себе пальцем. Так же дед когда-то водил по страницам толстой тетради, читая записанные там рецепты эмалей.
Первый вход — с Android, из Берёзовска. Дальше опять то же устройство и тот же город, но рядом время: 23:40. Потом подача заявления и новые входы, один за другим. Марина пользовалась телефоном другой марки. В Берёзовске она ни разу в жизни не бывала по ночам. А эти даты узнала сразу: тогда она лежала в районной больнице Сосновска. У неё была бирка на запястье, у поста медсестры — журнал назначений; пока с её учётной записи входили из другого города, ей ставили капельницы.
За больничными датами следовали более поздние записи: май, июнь, июль. Устройство не менялось, город тоже. Android, Берёзовск. Среди входов попадались подтверждения и согласие на обработку данных, затем всё повторялось. Это происходило раз в несколько дней. Читая дальше, Марина видела, что почти везде стояло позднее вечернее время. И почти каждый такой вечер приходился на день, когда Денис уезжал в командировку.
Марина поднялась, налила воды из крана и выпила, придерживаясь за раковину. Ребёнок беспокойно шевелился.
— Тише, маленький. Мама смотрит.
Вернувшись за дедов стол, она перешла к заявлениям. Там нашлось то, ради которого Денис весной брал телефон: апрельское заявление на пособие по беременности и родам, адресованное социальной службе. Возле него стояло «Исполнено», выплата была произведена. Однако ниже шла отдельная запись — просьба изменить реквизиты, на которые должны перечислять деньги. Её подали через три дня после первого заявления, в 00:15, ночью. И эту просьбу тоже исполнили. Марина нажала на строку, чтобы посмотреть, какие именно реквизиты там указаны.
Банк оказался не её. Марина держала карту в том же банке, где дед получал пенсию; туда же фабрика когда-то стала перечислять ей зарплату, открыв зарплатную карту. В заявлении значилось совсем другое название — крупный столичный банк. Номер карты целиком не показывали. Прочитать можно было лишь последние четыре цифры, но Марина их не узнавала. Ни с чем знакомым эти цифры у неё не связывались.
Речь шла о пособии по беременности и родам — обо всех её декретных за 140 дней. На них Марина рассчитывала купить коляску и кроватку. Хотела хотя бы первые месяцы после рождения ребёнка не думать о том, откуда взять деньги на квартиру. В июне Денис сообщил, что пособие пришло. Сказал, что пока убрал его на накопительный счёт: пусть идут проценты. А коляску они выберут вдвоём, когда он вернётся из очередной поездки.
Марина сфотографировала открытый экран. Затем подумала и вернулась к действиям в системе: нужны были и эти записи. Она медленно листала их, делая снимки каждой строки и следя, чтобы ни одна не осталась за пределами сохранённого. После этого отыскала на портале сервис кредитной истории. Запрос отправила во все бюро, которые были перечислены, не выбирая какое-то одно. В ответ появилось вежливое уведомление: сведения придут в течение одного рабочего дня…
