Я уверял мастера, что запертых комнат у нас нет, но после его сообщения из подвала вызвал полицию

Мы решили не останавливать эту попытку. Разговор запишут, принесённые страницы сфотографируют. Если придётся расписаться, подпись появится лишь на экземплярах без юридической силы. Законно оформить настоящую нотариальную доверенность без моего личного участия они всё равно не могли.

Только после этого Павел вернулся к просьбе Людмилы.

— Дарить им деньги сейчас нельзя. Они исчезнут, а мы не увидим, куда именно ушли.

Он составил целевой заём для Антона на три миллиона. В договоре разрешалось тратить сумму исключительно на официальную налоговую задолженность. Антон должен был предъявить подтверждающие бумаги, дать обеспечение и вернуть деньги в оговорённый срок. Перечисление шло через специальный счёт под контролем банка и следствия.

Если вместо налоговой Антон заплатит букмекерам либо посредникам, такой платёж прямо подтвердит, что нас обманули.

Павел отправил договор ему по электронной почте. Почти сразу пришёл ответ: «Зачем столько документов? Аркадий Степанович всегда помогал нам без договоров». Я продиктовал Павлу: «Теперь оформлением занимается бухгалтерия. Подпиши — сегодня получишь деньги».

Спустя несколько минут Антон позвонил. Напряжение слышалось с первых слов.

— Добрый день, Аркадий Степанович. Людмила сказала, вам нездоровится.

— Случается.

— Спасибо за помощь. Мы непременно вернём деньги.

— Договор посмотрел?

— Да. Обычные формальности.

— Тогда подписывай.

— Только там дом указан как обеспечение.

— Ты ведь ради него берёшь деньги. Спасёшь дом — значит, ничем не рискуешь.

Антон замялся.

— Да, конечно. Хотел уточнить.

Через десять минут на договоре стояла его электронная подпись. Банк подтвердил перевод трёх миллионов на контролируемый счёт. Зайцев предупредил: всё, что последует дальше, будут отслеживать. Но ни автоматически отбирать дом, ни разом блокировать имущество Антона, как в дешёвой уголовной истории, никто не станет. Попытка расплатиться целевыми деньгами с незаконной конторой позволит найти получателей, посредников и разобраться, откуда взялся долг.

К вечеру сумма поступила. Антон не обратился к бухгалтеру и не запросил реквизиты налоговой. Почти сразу он попытался отправить все деньги консультационной фирме. Банк остановил операцию: она не соответствовала цели займа.

Следователи быстро установили, что фирма уже встречалась в материалах о подпольных ставках. Деньги остались на месте; попытку перевода зафиксировали.

Через полчаса позвонила Людмила. Плача больше не было.

— Папа, платёж не проходит.

— Который?

— Для которого мы просили помощь.

— В налоговую отправляете?

— Да.

— Пусть Антон наберёт Павла. Он выяснит, что случилось.

— Мы не хотим привлекать твоего юриста.

— Почему?

После паузы она ответила:

— Срочно всё, папа.

Я говорил медленно, будто не успевал понять её.

— Деньгами я помог. Теперь с банком разбирайтесь.

— Ты должен сам позвонить и отменить ограничение.

— Забыл, куда звонить.

Людмила выдохнула с раздражением.

— Ты же компанию возглавляешь!

— Наверное.

— Что значит «наверное»?

— Голова болит. Завтра позвони, Людмила.

Закончив разговор, я отправил запись Зайцеву. Почти тут же вызов пришёл от Максима. Сын старался говорить ласково, но напряжение этим не скрыл.

— Пап, Людмила говорит, ты опять всё забываешь.

— Преувеличивает она.

— Давай приеду. Посмотрю счета, документы, помогу тебе.

— Не нужно.

— Ты один, мама далеко.

— Сам справлюсь.

— Завтра всё равно заедем с Ириной. Купим продукты, ужин приготовим. Одному тебе оставаться нельзя.

Разрешения он не просил. Мне сообщили о принятом решении.

— Хорошо.

Максим заметно расслабился.

— Договорились. Отдыхай, работу оставь.

Павел посмотрел на меня после звонка.

— Завтра будут документы.

— Пускай везут.

— Сможешь спокойно смотреть на него за столом?

Я вспомнил жалобы сына в переписке: яд действовал для него слишком медленно.

— Смогу.

Павел уже собирался уходить, когда ноутбук сообщил о срочном уведомлении. Банк подтвердил попытку войти в корпоративный кабинет с домашнего адреса Максима. Старые данные доступа сын использовал, но система его не пропустила.

Следом пришёл запрос фонда. Проверяя обеспечение займа, аналитики нашли несоответствия в документах.

— Заподозрили неладное, — сказал Павел.

— Чего ждать?

— Потребуют подтвердить залог, обратятся к Максиму. Не объяснит, откуда взялись поддельные бумаги, — потребуют всю сумму досрочно. Твоя компания в стороне. Уведомление, что никаких гарантий мы не давали, уже отправлено. Оригиналов с твоей подписью нет, есть подделка, принесённая Максимом.

Сын снова позвонил. Я включил громкую связь.