Прошло пять минут, десять. Виктор начал нервно постукивать пальцами по столу. Он достал телефон и набрал номер Светы. Гудок. Сброс. Абонент временно недоступен.
— Мама, она заблокировала меня. — Голос Виктора задрожал.
— Что значит заблокировала? — Свекровь нахмурилась. — А ну беги, проверь гардероб.
Виктор сорвался с места. Через минуту он вернулся бледный, с остановившимся взглядом.
— Куртка её пропала. Она уехала.
Оксана Петровна хотела было возмутиться такой неслыханной наглостью, но тут её взгляд зацепился за фигуру, приближающуюся к их столику. Это был официант. В его руке покоилась изящная деревянная книжечка со счётом. Он положил её прямо перед Виктором.
— Желаете десерт или рассчитаетесь? — вежливо осведомился он.
Виктор дрожащей рукой открыл книжечку. Цифры на тонком чеке плясали перед глазами. Лобстер, устрицы, чёрная икра, императорский чай. Итого к оплате — 48 500. Виктор сглотнул так громко, что звук разнёсся над столом. Он похлопал по карманам.
— Мам, — прохрипел он, — у тебя есть деньги?
— Какие деньги, Витюша? До пенсии неделя. — Оксана Петровна с ужасом покосилась на чек. — Она что, не оставила карту? Мы же договаривались, что она угощает.
— Мам, мы ни о чём не договаривались. Я думал, она сама расплатится. По факту у меня на карте…
Виктор лихорадочно открыл банковское приложение. На экране светилась одинокая грустная цифра — 312. Паника накрыла столик плотным куполом.
— Официант! — визгливо крикнула Оксана Петровна. — Здесь ошибка. То есть мы не будем платить. Платить должна была девушка, которая ушла. Это она всё заказывала.
Официант невозмутимо посмотрел на пустые раковины устриц, обглоданные клешни и пустую икорницу.
— Девушка оплатила только медальоны из телятины на баре. Весь банкет из морепродуктов заказывали лично вы, мадам. Оплачивать будете картой или наличными?
— Вы не имеете права! Выпустите нас!
Оксана Петровна попыталась вскочить, но вдруг обнаружила, что путь к отходу заблокирован двумя шкафоподобными охранниками в чёрных костюмах, которые материализовались из ниоткуда. Подошёл менеджер зала, высокий мужчина с холодной улыбкой и мёртвой хваткой акулы.
— Проблемы с оплатой? — мягко спросил он.
— Мой сын — будущий миллионер, — пошла в атаку свекровь, потрясая золотыми серьгами. — Вы не знаете, с кем связываетесь? Да мы вас засудим!
— Будущие миллионы нас не интересуют. Нас интересует 48 500 прямо сейчас, иначе мы вызовем наряд полиции по факту мошенничества, — менеджер даже не повысил голос. — Статья 159. Заказ банкета без возможности оплаты. Поедете в отделение, проведёте ночь в обезьяннике.
Виктор вжался в кресло. Его холёное лицо стало цвета некачественного творога.
— Я сейчас обзвоню друзей.
Он судорожно начал тыкать в телефон. «Братан, займи полтос на пару дней», — полетело в мессенджеры. Ответы сыпались быстро. «Сами на мели». «Бро, до зарплаты голый». «Извини, ипотека». Никто из тех, кому он годами рассказывал про грядущие стартапы, не спешил скидываться на съеденного лобстера.
Менеджер посмотрел на часы.
— Время вышло: полиция или отрабатываем.
— Как это — отрабатываем? — Оксана Петровна схватилась за сердце.
— Очень просто. На кухне второй день не работает посудомоечная машина. У нас банкет на 100 человек в соседнем зале. Горы жирной посуды, кастрюль и противней. Плюс чистка чешуи у рыбы на завтра. — Менеджер улыбнулся так, что охранники поёжились. — Сдаёте ценные вещи в залог, надеваете фартуки и вперёд, в мойку. До утра как раз закончите. Потом принесёте деньги, забирайте вещи.
— Да вы с ума сошли! Мои ручки! Я интеллигентный человек! — взвизгнула мать жениха.
Охранник достал рацию.
— На пульт: вызывайте наряд на центральную улицу.
— Стойте! — закричал Виктор. — Мы согласны на кухне, только не полиция. Мама, снимай серьги.
— Моё золото фамильное!
— Снимай, кому говорю, иначе нас посадят.
Следующие восемь часов стали для Виктора и Оксаны Петровны персональным филиалом ада. Гениальный стартапер и любительница духовного руководства стояли по локоть в мыльной воде, оттирая пригоревший жир с гигантских ресторанных противней.
Оксана Петровна рыдала, когда ей вручили металлический скребок и указали на кастрюлю из-под рыбного бульона объёмом в 50 л. Виктор, чья изнеженная спина отваливалась после первого часа, молча чистил чешую, размазывая рыбью слизь по напудренному носу.
Где-то часам к трём ночи, когда Виктор оттирал от пола соус тартар, до него наконец дошло. Никто не приедет на помощь. Квартиры в центре не будет. Халявной жизни за счёт сыроварни тоже. Девушка с деньгами выкинула его из своей жизни ровно в тот момент, когда он попытался залезть на её территорию в грязных ботинках.
Утро на сыроварне выдалось солнечно. Света приехала раньше обычного. Она открыла ворота, вдохнула запах свежескошенного сена и парного молока. На столе в конторе лежал её ноутбук. Света заварила себе крепкий кофе, откусила кусок свежего яблока.
Зашёл отец Степан, неся в руках новый термометр для пастеризатора.
— Ну, что там с орхидеями и арфистами? — прогудел он, пряча усмешку. — Когда смокинг покупать?
Света почесала за ухом огромного Рыжика, который тут же затарахтел, как трактор.
— Отмена, пап, свадьбы не будет. Жених оказался с гнильцой в текстуре. Пришлось списать в брак.
— Ну и слава богам. — Степан одобрительно кивнул. — Запускай фасовочный аппарат. У нас сегодня заказ на 100 кг сулугуни для нового ресторана. Кстати, не поверишь, что за место — «Тихая гавань». Звонили утром, умоляли срочно привезти.
Света улыбнулась, вспомнив пустые раковины на столе и пустую пластиковую папку со своими распечатками.
— Значит, отвезём, — спокойно сказала она и запустила конвейер.
Работы было много, а жизнь продолжалась. Без лишних нахлебников в ней дышалось удивительно легко.
