Я приехала в роддом к сестре, но у ворот незнакомка схватила меня за руку, а затем открылась служебная дверь

Я долго стояла перед зеркалом в прихожей, выбирая одежду для суда. Остановилась на строгом тёмно-синем платье прямого кроя и лёгком жакете. Волосы гладко зачесала и собрала на затылке. Никаких ярких деталей, никакого макияжа, выдающего волнение. Спокойная, уверенная в себе женщина, которая пришла забрать своё по праву.

Около массивного здания городского суда меня уже ждал Степан Петрович. Мой адвокат выглядел безупречно в своём тёмно-сером костюме. Он держал в руках объёмистую кожаную папку с документами.

— Доброе утро, Ирина Юрьевна. Как ваш настрой? — приветливо улыбнулся он.

— Боевой, Степан Петрович. Я готова.

— Вот и отлично. Дело абсолютно прозрачное. Сюрпризов быть не должно. Главное, отвечайте на вопрос судьи коротко, по существу и не поддавайтесь на возможные провокации со стороны ответчика.

Мы поднялись на второй этаж и прошли по длинному, гулкому коридору к нужному залу заседаний. Виктор уже был там. Он сидел на деревянной скамье возле дверей вместе со своим адвокатом, суетливым мужчиной средних лет с бегающим взглядом. Бывший муж выглядел скверно. Лицо приобрело сероватый оттенок.

Под глазами залегли глубокие тени от недосыпа. Дорогой костюм, который он раньше всегда носил с иголочки, сейчас выглядел слегка помятым. Видимо, жизнь на съёмной квартире или у случайных друзей не шла ему на пользу. Он поднял глаза, увидел меня и попытался изобразить на лице презрительную усмешку, но она вышла жалкой и натянутой. Я прошла мимо, даже не замедлив шага.

Ровно в половину одиннадцатого секретарь пригласила нас в зал. Судья, строгая женщина лет пятидесяти в чёрной мантии, заняла своё место. Раздался сухой стук. Заседание началось. Процедура развода прошла стремительно. Поскольку у нас не было совместных несовершеннолетних детей, а я была инициатором расторжения брака, суд удовлетворил моё требование без предоставления срока на примирение.

Затем началось рассмотрение второго иска о признании Виктора утратившим право пользования жилым помещением.

— Ваша честь, — подскочил адвокат Виктора, размахивая какими-то бумагами. — Мой доверитель категорически не согласен с иском. За время совместного проживания он вкладывал огромные личные средства в благоустройство данной квартиры. Он приобрёл дорогостоящий холодильник, оплачивал ремонт в ванной комнате. Он имеет полное право проживать на данной площади.

Степан Петрович медленно, с достоинством поднялся со своего места.

— Ваша честь, позвольте возразить. Доводы стороны ответчика не имеют под собой никаких документальных оснований.

Он открыл свою кожаную папку и извлёк оттуда аккуратную стопку документов.

— Квартира была получена моей доверительницей по наследству до вступления в брак. Согласно закону, это её личная собственность. Что касается ремонта и покупки техники, вот подробные банковские выписки со счетов моей клиентки. Все строительные материалы, услуги бригады рабочих и бытовая техника были оплачены исключительно с её личной банковской карты. Ответчик не вложил в эту квартиру ни копейки.

Судья внимательно изучила переданные ей бумаги, кивая своим мыслям.

— Кроме того, — голос Степана Петровича стал более жёстким, — ответчик был уличён в супружеской неверности, а также в мошенническом сговоре с целью завладения имуществом моей клиентки. К материалам дела приобщены нотариально заверенные скриншоты переписки ответчика, где он прямо обсуждает продажу чужой собственности для закрытия своих личных кредитных обязательств.

Лицо Виктора пошло красными пятнами. Он попытался что-то выкрикнуть с места, но судья жёстко прервала его.

— Ответчик, соблюдайте тишину в зале суда, иначе будете удалены.

Адвокат Виктора сник, понимая, что дело проиграно вчистую. Против банковских выписок и заверенных доказательств у него не было никаких аргументов. Суд удалился в совещательную комнату. Ожидание длилось не более 15 минут.

Когда судья вернулась и зачитала решение, я почувствовала, как огромная неподъёмная каменная глыба падает с моих плеч.

— Исковые требования удовлетворить в полном объёме, признать Виктора утратившим право пользования жилым помещением и обязать снять его с регистрации.

Справедливость восторжествовала. Закон оказался на стороне правды.

Мы вышли из зала суда в прохладный коридор. Степан Петрович крепко пожал мне руку.

— Поздравляю, Ирина Юрьевна. Блестящая победа. Как только решение вступит в законную силу, мы передадим документы исполнителям, и его снимут с регистрации. Можете спать спокойно.

— Спасибо вам огромное за вашу работу, — искренне поблагодарила я.