Он забрал деньги, которые они годами откладывали на будущее собственной дочери. Во вторник утром Наталья дождалась, когда Павел уедет на работу, а Соня уйдет в школу, и достала старую папку с банковскими бумагами. Ей нужны были даты.
За три года сохранилось несколько выписок. Почти каждый месяц часть зарплаты уходила Павлу с пометкой «На вклад». Иногда Наталья переводила больше, после премий или отпускных.
Рядом лежали распечатки, которые муж когда-то приносил из банка, показывая, как растут накопления. К девяти часам на столе образовалась тревожная цепочка. В январе на депозите находилось больше пяти миллионов.
В феврале срок договора закончился. Павел сообщил, что открыл новый вклад. В марте Галина Ивановна купила квартиру для Ирины.
Наталья сфотографировала бумаги и позвонила Татьяне.
— Можешь сегодня встретиться?
— После работы. Что-то нашла?
— Да. И мне уже не кажется, что это совпадение.
Вечером подруги сели в небольшом кафе возле офиса Татьяны.
— Показывай.
Наталья разложила перед ней копии выписок. Татьяна быстро просмотрела даты и спросила:
— Ты точно переводила деньги именно на тот вклад, фотографию которого Павел тебе присылал?
— Он сам так говорил. Другого общего накопительного счета у нас не было.
— Доступ к его банку есть?
— Нет.
— И не пытайся заходить. Даже если знаешь старый пароль.
— Я и не собиралась.
— Хорошо. По твоим документам видно, что ты регулярно перечисляла мужу деньги. Но куда они ушли дальше, пока неизвестно. Квартиру купили через месяц. Поэтому тебе нужен семейный адвокат.
Татьяна достала телефон.
— Есть знакомая. Лариса Бондаренко. Вела раздел имущества у моей коллеги. Дотошная, зато пустых обещаний не дает. Звони.
Лариса Николаевна Бондаренко согласилась принять ее на следующий вечер. До встречи Наталья решила проверить еще одну вещь.
В среду после работы она без предупреждения приехала к Галине Ивановне. Свекровь открыла почти сразу.
— Наташа? Как тебя занесло в наш район? По работе?
— Рядом была. Решила зайти.
Однокомнатная квартира выглядела как всегда. Никаких коробок или признаков переезда.
За чаем Наталья заговорила о ремонте подъезда, потом заметила:
— Вам все-таки тяжело на четвертый этаж подниматься. Может, подумать о переезде?
Галина Ивановна махнула рукой.
— Еще чего? Я отсюда никуда не уйду.
— А если дом новый, лифт хороший?
— Мне этот район родной. Магазин рядом, поликлиника недалеко, соседок всех знаю.
— Значит, продавать квартиру не собираетесь?
— Конечно, нет. А почему спрашиваешь?
— Просто подумала. Вдруг Павел предлагал подобрать что-нибудь удобнее.
На лице свекрови промелькнула настороженность.
— С чего бы ему?
— Не знаю. Он любит решать за всех.
Через 20 минут Наталья ушла. Новая квартира свекрови явно не требовалась. Лариса Бондаренко принимала клиентов в небольшом кабинете неподалеку от суда.
Женщина 44 лет встретила Наталью спокойно и сразу попросила рассказывать события по порядку. Сначала находка. Потом все остальное.
Наталья показала фотографии договора, квитанций, своих переводов и снимок банковского приложения, который Павел прислал несколько месяцев назад. Адвокат почти не перебивала.
— Семейная квартира когда приобретена?
— 11 лет назад. Уже в браке.
— Как оформлено?
— На нас обоих.
— Накопления создавались из текущих доходов?
— Да. Мы оба работали. Я переводила свою часть Павлу, он держал деньги на депозите.
— Брачный договор есть?
— Нет.
Лариса сделала запись.
— Тогда главное. Квартира свекрови сама по себе не становится вашей, даже если средства пришли от мужа. Собственник по документам — Галина Ивановна. Сейчас не стройте ожиданий вокруг того, что просто потребуете половину этого жилья.
— А если оно куплено на наши деньги?
— Тогда надо доказать происхождение средств и показать, что Павел распорядился общим имуществом без вашего согласия, причем не в интересах вашей семьи.
— Я могу запросить его выписки?
— Банк вам их не выдаст. Если дело дойдет до суда, нужные сведения можно будет истребовать законным путем. Пока собирайте только то, к чему имеете доступ. Не заходите в телефон мужа, не подбирайте пароль от банка и не забирайте чужие документы.
Наталья кивнула. Лариса перелистнула снимки.
— У вас уже есть важное подтверждение. Собственные переводы мужу. Они показывают, что накопления формировались не только из его заработка.
— Но он всегда получал больше меня.
— Размер зарплаты не превращает заработанное в личную собственность одного супруга.
Наталья помолчала.
— Если выяснится, что он действительно отдал все сестре?
— Тогда будем оценивать имущество и движение денег. Но сначала решите для себя, допускаете ли вы развод.
— Я пока не знаю.
— Тогда сначала факты.
Домой Наталья вернулась после 9. Павел сидел на кухне с телефоном.
— Где была?
— У Татьяны.
— Долго.
— Разговорились.
Он посмотрел внимательнее.
— Ты последние дни какая-то странная.
— У Сони поступление впереди. Думаю о деньгах.
На лице мужа появилось едва заметное напряжение.
— А что с ними?
— Вот я и хотела спросить. Сколько сейчас на нашем вкладе?
— Не помню до копейки.
— Хотя бы примерно.
— Наташ, я весь день с цифрами. Дома еще отчет устраивать?
— Мне не нужен отчет. Скоро Соне поступать.
— И что?
— Мы много лет откладывали. Я хочу понимать, каким запасом располагаем.
Павел поднялся.
— Деньги лежат. Никуда не делись.
— На каком вкладе?
— На банковском.
— Покажешь потом?
Он остановился возле холодильника.
— Зачем?
— Хочу посмотреть условия.
— Я сам разберусь.
— Раньше ты показывал.
— Раньше ты не устраивала проверок.
Наталья поставила стакан.
— Я задала обычный вопрос.
— А звучит так, будто меня подозреваешь.
— В чем?
Он промолчал и вышел. На следующий вечер, когда Павел ушел в ванную, она подняла край матраса.
Папки не было. Наталья заглянула глубже. Пусто…
