Это была Маруся. Её длинная шерсть сбилась, покрылась крошечными ледяными иглами и местами прилипла к телу. Усы побелели от инея, лапы были поджаты, а глаза закрыты. Обычно гордая и своенравная кошка лежала тихо, пугающе неподвижно.
Хозяева опустились рядом прямо в снег, не чувствуя холода коленями. Они осторожно подняли её, завернули в шарф и прижали к груди, пытаясь передать хоть немного тепла. Один растирал ей лапки через ткань, другой говорил с ней без остановки, сбиваясь на шёпот.
Маруся почти не реагировала. Её тело было холодным и лёгким, как будто мороз успел отнять у неё привычную живость. Ни недовольного фырканья, ни слабого мяуканья, ни попытки вырваться — ничего из того, что делало её самой собой, не было. Эта тишина пугала сильнее самого холода.
В эту минуту страх стал совсем ясным. Они поняли, что дома не смогут помочь ей достаточно быстро. Согреть, укрыть, подождать — всего этого было мало. Нужно было срочно ехать к специалистам, потому что промедление могло оказаться той самой гранью, после которой вернуть Марусю уже невозможно…
