Жизнь без прикрас— Ты что делаешь? У тебя огонь большой. Мешать надо, не переставая. И молока добавь побольше.
— Понял.
— Так мешай, а не «понял»!
Он начал всё сначала под Лениным надзором. Она стояла возле него, уперев руки в бока. Я застегнула куртку и впервые за день рассмеялась. Николай оглянулся через плечо так виновато — мой старший точно так же смотрит, когда приносит двойку.
Загустевшую кашу по Лениному указанию он должен был попробовать. Он подул на ложку, отправил её в рот.
— Ну как?
— Несолёная.
— Бабушке нельзя солёное! Не знаешь, что ли?
Он и не знал. Солонка вернулась на полку, больше Николай к ней не притронулся. А Лена взяла тарелку и сама понесла бабушке.
Николай вышел меня проводить. Мы задержались на крыльце, и через открытую форточку донёсся Ленин тонкий, сбивающийся голос:
— Отпусти меня, река…
— До зелёного мостка… — подхватил низкий хриплый голос Галины Борисовны.
Николай застыл, потом медленно повернул голову к форточке. Слушал не дыша. Два дня мать не сказала ему ничего, ни слова, а теперь пела:
— Там на горке мой порог…
Он вернулся в дом, я следом. Но стоило ему открыть комнатную дверь, как песня оборвалась. Галина Борисовна взглянула на сына и повернулась к стене.
— Ну вот, спугнул! — досадливо сказала Лена.
Николай остался на пороге и посмотрел на меня.
— Ирина, это как?
Я рассказала, что замечала с января.
— Только с песней у неё так. Пока поёт, слова есть. Допоёт — и опять не может сказать. А иной день ни «да», ни «нет» не услышишь. Стёпа мне сначала не поверил. Сказал, что поёт Лена, а бабушка мычит.
— Ничего она не мычит! — обиделась Лена. — Поёт она.
Николай присел перед Леной на корточки.
— Меня научишь?
Лена посмотрела подозрительно.
— Ты же не умеешь петь.
— Не умею. Научишь?
Учили по строчке. Голос у Николая был низкий, мелодия не давалась, слова путались: «мостка» превращалось в «моста», а «огонёк» — в «огород». Лена всякий раз поднимала ладонь, останавливая его.
— Не огород, огонёк!
Галина Борисовна всё ещё лежала к стене лицом. На втором «огороде» у неё дрогнула щека. Она повернулась и почти улыбнулась.
Я ушла купать младшего. Николай остался на табуретке возле материнской кровати, а Лена взялась гонять его по второму куплету.
На третий день мы с Николаем отправились в райцентр. Сосед через улицу одолжил ему на месяц старый внедорожник. Мне тоже нужно было ехать: лекарства у Галины Борисовны заканчивались, рецепт лежал у меня. В тот день старшего я в школу не пустила; присматривать за Галиной Борисовной остались они с Леной.
Маринину квартиру нашли в пятиэтажке на окраине. Пока Николай звонил в дверь, я успела прочесть наклеенное на неё уведомление о задолженности. Под ним висела ещё бумажка от какого-то агентства, с большими красными буквами.
Марину я увидела впервые. Она открыла в халате. Высокая, как Николай, с такими же глазами, только лицо ни секунды не оставалось неподвижным. Заметив меня, она улыбнулась.
— О, соседка тоже. Заходите!
Я осталась возле вешалки в прихожей. Дальше не приглашали, да я и сама не пошла бы. Через открытую дверь было видно Николая: садиться он не стал.
— Куда ты дела деньги, Марина?
— Какие ещё деньги? — Она вскинула брови. — А, ты об этих.
Из шкафа появилась толстая папка, стянутая резинкой. Марина бросила её на стол.
— Держи чеки. Лекарства, памперсы, массажист, сиделка. Всё для мамы. Можешь пересчитать.
Николай папку не тронул.
— Два месяца мама в сарае прожила.
— У соседей она жила. Мы договорились, они сами предложили. Я их ещё поблагодарила. — Марина заговорила громче, чтобы до меня наверняка донеслось: — Правда, Ирина?
Я помолчала возле вешалки.
— Неправда.
Марина засмеялась.
— Слышишь, Коленька? Свидетельница у тебя есть. Техничка из барака. С такой далеко пойдёшь.
— Сама от опеки откажись, — сказал Николай. — Без шума. Заявление напиши, и денег я с тебя требовать не стану. Ничего. Забудем эти три года.
Она рассмеялась уже в голос, от души.
— Коленька, как маленький ты. Не в деньгах дело.
— А в чём?
Поделитесь впечатлением от истории
2Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.
человек не один под присмотром
трудно объяснить и сложную старость,и отношения с близкими людьми