Следующие недели прошли как один длинный день. Только теперь это был не туман отчаяния, а тяжёлая деловая суета. Оксана ездила на встречи, подписывала запросы, собирала документы, сидела с Мироном Степановичем над таблицами до поздней ночи. Иногда ей казалось, что она изучает не бухгалтерию, а карту собственного обмана.
Аудит вскрыл то, что Руслан готовил давно. «Сфера-Плюс» оказалась фирмой-прокладкой, оформленной на дальнего родственника женщины, с которой он собирался строить новую жизнь. Через неё выводились деньги, списывались работы, завышались суммы. «ГранитСтрой», их общее детище, он выхолащивал месяц за месяцем, оставляя ей оболочку и долги.
Судебные заседания после этого стали почти формальностью, хотя каждое всё равно давалось Оксане тяжело. Ей приходилось слушать сухие перечисления сумм, схем, подписей, дат, и за каждой строкой она видела вечер, когда верила мужу, его усталую улыбку, его просьбу не затягивать. Требования Руслана отклонили. Квартира осталась за Оксаной. Компания — точнее, то, что ещё можно было спасти после его схем, — осталась под её контролем. Самого Руслана теперь ждали уже не семейные споры, а серьёзное разбирательство из-за подлога, попытки организовать ложные показания и финансовых махинаций.
Его новая жизнь рассыпалась быстрее, чем он успел к ней привыкнуть. Женщина, ради которой он освобождал место, в суде отстранилась от него сразу, едва поняла, что рядом не победитель с активами, а почти разорённый человек с уголовными рисками…
Однажды вечером Оксана задержалась в офисе. За окном темнело, сотрудники давно разошлись, в коридоре горела только дежурная лампа. Она разбирала старые папки и вдруг нашла первые наброски логотипа «ГранитСтроя». На листе неровными линиями был выведен знак, который когда-то казался им символом прочности. Теперь это название резало глаз. Слишком много в нём оказалось притворного камня, под которым пряталась пустота.
Оксана достала чистый лист и долго смотрела на него. Потом написала два слова: «Феникс Групп». Не как красивый жест и не как попытку забыть прошлое. Просто иначе она уже не могла. Всё, что было, сгорело. Но она осталась. Значит, могла подняться из пепла…
