— Хочешь купить рыбу — иди и покупай. За свои деньги. Потом сам отвезёшь. Я сегодня уже бесплатно поработала водителем. На этом моя благотворительность закончилась.
Богдан смотрел на неё несколько секунд. По лицу было видно, что он собирает очередное возражение, но оно так и не стало словами. Этот взгляд Дарины он знал: спокойный, прямой, без просьбы понять и без угрозы. Спорить с ним было всё равно что пытаться плечом сдвинуть закрытую бетонную стену.
Он тяжело выдохнул, взял ключи и направился к двери.
— Ладно. Куплю ей хоть курицу, иначе она мне весь вечер телефон оборвёт.
Дверь закрылась. Дарина осталась на кухне одна. Она открыла кефир, налила в стакан, переложила творог в тарелку и прислушалась к тишине.
Тишина оказалась не пустой. В ней не было чужих распоряжений, обиженного сопения, внезапно забытых кошельков и привычной обязанности спасать взрослых людей от последствий их собственного аппетита. Даже ровный шум холодильника казался не бытовой мелочью, а доказательством нормальной жизни, где никто не распоряжается твоими деньгами вместо тебя.
Бесплатный кран был перекрыт. Без крика, без истерики, без долгих объяснений. Одним пластиковым разделителем на кассе.
Дарина сделала глоток холодного кефира и улыбнулась. Впервые за долгое время суббота снова стала похожа на её собственную.
