Свекровь потребовала зарплатную карту невестки

Оксана медленно прожевала блин, запила чаем, отодвинула чашку.

— Интересное предложение, Светлана Петровна. Прямо-таки инновационный подход к семейному бюджету.

— Вот, умница. — Свекровь хищно протянула руку ладонью вверх. — Давай карточку, Оксаночка, и ПИН-код на бумажке запиши.

Оксана встала из-за стола, одёрнула край блузки, посмотрела на протянутую руку свекрови с искренним весельем в глазах.

— Знаете, я, пожалуй, откажусь от ваших образовательных услуг. Свой пластик я держу при себе. За блины спасибо. Было вкусно.

Она развернулась и спокойным шагом направилась в спальню. Рука Светланы Петровны повисла в воздухе. Лицо исказила гримаса неподдельного шока, который мгновенно сменился яростью. План рушился. Невестка срывалась с крючка.

— Ах ты! Ты что себе позволяешь? — крикнула она вслед.

Оксана скрылась за дверью. Свекровь резко повернулась к сыну. Виктор сидел над чашкой чая с каменным лицом.

— Витя, нет, ну ты видел? Она меня ни во что не ставит. Я ради вас стараюсь. Хочу вас от нищеты спасти. А ну, давай, иди. Иди и забери у неё карту. Мужик ты или кто? Скажи, что мать требует.

Виктор медленно поднялся.

— Хорошо, мам, я поговорю с ней, попробую разобраться.

Он тяжело вздохнул, поник плечами и побрёл в сторону спальни. Дверь за ним закрылась тихим щелчком. Светлана Петровна осталась на кухне одна. Она победно улыбнулась, поправляя воротник халата.

— Надо же, банкомат сломался. Сейчас сын разберётся, — ехидно засмеялась свекровь в пустоту кухни.

Она налила себе ещё чая, села ровно, подтянула пустую шкатулку, положила туда пару фантиков для красоты, ожидая главного трофея. Сейчас Витька на Оксанку гаркнет. Невестка поплачет, но карту отдаст, никуда не денется. Против мужа не попрёт, а свой пластик сын сам отдаст. Матушка у него в почёте.

Светлана Петровна расслабилась, уставившись в окно. Но прошла минута, две, пять. В квартире стояла подозрительная тишина. Никаких криков, никаких звуков ссоры. Не было слышно властного голоса Виктора и всхлипываний Оксаны. Вообще ничего. Даже телевизор не включили, чтобы заглушить повышенные тона.

Свекровь нахмурилась. Прошло уже десять минут. Это совершенно не лезло ни в какие рамки. Что этот шляпа там возится? Зашевелились в голове тревожные мысли.

Раздражение пересилило терпение. Светлана Петровна решительно встала, грузно протопала по коридору и без стука распахнула дверь спальни молодых.