Наталья замолчала.
— Ты сказала, — повторил он, поднимая на нее глаза, — что после маминой смерти там всё разворовали, помещение пустует, а документы сгорели.
— Так мне передали.
— Кто?
Она посмотрела на Виктора. Слишком быстро.
Мария заметила этот взгляд. И Рашид заметил.
Виктор кашлянул.
— Рашид Самирович, сейчас не время. Надо разобраться спокойно. Платеж с вашей карты на постороннюю организацию после семейного конфликта — это серьезно. Мы можем оспорить операцию.
— Не можем, — сказала Мария. — Я ввела код. Есть чек. Есть акт. Есть свидетель.
— Вы очень подготовлены, — холодно сказал Виктор.
— К унижению? Нет. К нему я подготовлена не была.
Рашид поднялся. Бумаги он держал в руке.
— Все выйдите.
Никто не двинулся.
— Я сказал, выйдите.
Тетя Светлана открыла рот, но Наталья тронула ее за локоть. Виктор задержался на секунду, глядя на Марию так, будто впервые увидел в ней не бедную родственницу за богатым столом, а препятствие. Потом тоже вышел.
Дверь закрылась.
Мария осталась стоять у стула. Мокрые волосы прилипли к щеке. Ноги ныли от напряжения. Ей хотелось сесть, но она не позволила себе.
Рашид положил чек на стол.
— Расскажи.
— Теперь?
— Да.
— А когда я просила дать мне пять минут у стола, ты не хотел?
Он отвел взгляд.
— Я был зол.
— Нет, Рашид. Злость — это когда хлопают дверью. А ты устроил суд. Без права говорить.
Он молчал.
Мария вынула из сумки папку. Края у нее были помяты, потому что она несколько дней носила ее с собой, не решаясь показать. Внутри лежали копии писем, уведомления, фотографии старого стенда в центре, распечатки платежей.
— Я встречалась с Андреем Кравцом. Он юрист. Его нашла Ольга из центра. Мы пытались понять, почему “Теплый дом” должен освободить здание, если у них был договор попечительского финансирования через фонд имени твоей матери. Сначала думали, что просто не хватает денег. Потом Андрей увидел странные уступки долга. Центр платил за ремонт, которого не было. За охрану, которой не было. За консультации, которые никто не получал. Деньги уходили фирмам, связанным с людьми из твоего офиса.
Рашид медленно взял один лист.
— Почему ты не пришла ко мне?
