Утро субботы началось с маленькой оккупации кухни. Марта вышла за водой в половине восьмого и застала Владу за столом. Та сидела в шелковом халате, закинув ногу на ногу, будто проснулась в личном номере. Перед ней стояла чашка коллекционного кофе Марты, а на тарелке сиротливо лежали крошки выдержанного сыра, который Марта берегла для редких тихих вечеров.
— О, ты уже встала, — протянула Влада и лениво звякнула ложечкой. — Слушай, у вас нормального молока нет? Только это овсяное недоразумение.
— Это мое овсяное недоразумение для моего кофе, — Марта набрала стакан воды и прислонилась бедром к столешнице. — А сыр, видимо, пошел на срочную терапию?
— Ой, начинается. Кусочек сыра для родни пожалела. Ромка сказал, у вас в холодильнике все общее.
— Ромка, вероятно, забыл уточнить, кто это общее покупает.
Влада закатила глаза, но отвечать не стала. В ее молчании уже проступало раздражение: ей обещали жалость, мягкие подушки и бесконечное обслуживание, а вместо этого предложили считать продукты…
