Людмила Степановна наконец выронила пирожок. Тот упал на ковер мягко и безнадежно. Свекровь медленно повернулась к дочери.
— Владочка… Ты сдала свою квартиру?
Влада побледнела не полностью — на скулах остались рыжеватые пятна косметики, оттого лицо стало похожим на плохо стертый рисунок.
— Мама, ну что ты слушаешь? Это ребенок. Она фантазерка. Она динозавров разговаривать заставляет.
Марта подошла к Софии и положила ладонь ей на плечо. Не толкнула вперед, не подсказала, только дала понять: она рядом.
— Софийка, ты еще что-то слышала?
— Да, — кивнула девочка. — Тетя говорила про справку. Что в частной клинике за деньги напишут хоть инопланетную лихорадку. И что беременность портит фигуру, а растяжки ей не нужны. Лучше сумку купить.
Роман сидел неподвижно. За несколько секунд его лицо стало землистым. Мир, в котором он был благородным братом, спасающим несчастную сестру, треснул прямо у него на глазах. И под этой трещиной оказалась не трагедия, а расчет…
