Копирование запрещено

Тексты Realish защищены авторским правом. Публиковать их на других сайтах, в соцсетях и группах без разрешения редакции нельзя.

Копии в Facebook мы обжалуем: их удаляют, а за повторные нарушения страницы и группы могут заблокировать.

Поделиться историей можно ссылкой.

Пятничная баня оказалась для жены удобным прикрытием, пока муж не узнал, куда она ходит на самом деле

Часть 9 из 12

— Мы могли говорить, — сказал я. — Ругаться, спорить, искать выход. Ты могла сказать, что тебе плохо, скучно, тяжело, что я стал чужим. Да что угодно могла сказать. Но ты выбрала ложь. И каждую пятницу возвращалась домой так, будто ничего не происходит.

Марина заплакала сильнее.

— Я виновата. Я знаю. Только не руби всё сразу. Мы столько лет вместе. У нас дети. Дом. Вся жизнь.

— Именно поэтому больнее, — ответил я. — Если бы это был год, два, случайная история, может, всё воспринималось бы иначе. Но после тридцати лет я думал, что у нас хотя бы честность осталась.

Она протянула руку через стол, но я не взял её. Марина заметила это и словно осела.

— Я люблю тебя, — сказала она почти беззвучно. — Правда люблю. Я была глупой. Дай мне шанс, Назар. Я всё исправлю. Я больше никогда...

— Не надо, — остановил я. — Не произноси обещаний, которым я всё равно не поверю.

Она смотрела на меня с ужасом, будто только теперь до конца поняла, что последствия не закончатся соседскими смешками. Для неё, наверное, всё ещё существовала надежда: переждать, поплакать, умолять, потом постепенно вернуться к привычной кухне, к общим делам, к тому дому, где она знала каждую полку. Но во мне эта надежда умерла ещё у забора Богдана, когда я увидел, как она вошла в его калитку.

— Я не смогу жить с тобой дальше, — сказал я. — Не смогу смотреть и думать, где ты была, кому улыбалась, что скрывала. Доверие не чинится, как сломанная петля на двери. Его нельзя подкрутить отвёрткой и сделать вид, что всё работает.

— Назар, пожалуйста...

— Мы расстаёмся, Марина.

Она вздрогнула так, будто я ударил по столу, хотя я даже не повысил голос. Потом закрыла лицо руками и долго плакала. Я сидел напротив и чувствовал не злость, не жалость, не торжество, а усталость. Очень глубокую, почти старческую усталость от всех этих лет, которые вдруг потеряли прежний смысл. Когда разговор иссяк, я вышел из кухни. Слова были сказаны, и обратно их уже нельзя было забрать...
Какое впечатление оставила история?
Выберите одну реакцию — её можно изменить.
Слово читателям

Поделитесь впечатлением от истории

0

Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.

Оставьте свой комментарийЗначок подберётся по имени сам — или .
Без регистрации

Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.

С вами случалось похожее?Расскажите свою историю — мы опубликуем её на Realish. Имена и места по вашему желанию изменим.Рассказать свою историю

Ещё из рубрики «Отношения»

Все истории рубрики