Копирование запрещено

Тексты Realish защищены авторским правом. Публиковать их на других сайтах, в соцсетях и группах без разрешения редакции нельзя.

Копии в Facebook мы обжалуем: их удаляют, а за повторные нарушения страницы и группы могут заблокировать.

Поделиться историей можно ссылкой.

После исчезновения сына отец три года не находил следов

Часть 11 из 18

В большой город въехали ночью. Огни на зданиях сияли, как упавшие звёзды; Костя глядел на них широко раскрытыми глазами. За минувшие годы он отвык от такого города.

— Какой огромный…

— Вспомнишь его, привыкнешь. Здесь ведь тоже твой дом.

У особняка мальчик рассматривал ворота, высокие и знакомые, белые стены и свет в окнах.

— Я помню… У нас в саду дерево большое. Ты меня под ним на качелях качал.

— И дерево осталось, и качели на месте.

— А сходить к ним можно?

— Сейчас?.. Завтра сходим. Сегодня тебе надо поесть и выспаться, день был долгий.

Они выбрались из машины. Из открывшейся двери вышла Антонина Леонидовна, самая давняя домработница Павла. Увидев Костю, она закрыла рот руками и заплакала.

— Господи, да это же Костя! Мальчик наш! Боже мой! — Она подбежала, стиснула его так, что едва не задушила в объятиях. — Каждый день молилась, просила, чтобы ты вернулся. Услышал Бог, услышал!

Костя сначала напрягся, не понимая, как отвечать на такую встречу, затем понемногу расслабился.

— Здравствуйте, Антонина Леонидовна. Я помню вас. И шоколадный торт, который вы мне делали.

— Сделаю! Хоть сейчас начну. Пойдём в дом, милый, голодный ведь, наверное.

Чистый, прибранный особняк выглядел точно таким, каким Павел оставил его перед отъездом. Казалось, дом вместе с ним дожидался Кости. Мальчик оглядывался, касался мебели, вёл ладонью по лестничным перилам. У фотографии на стене остановился: на ней он, пятилетний, улыбался, обняв плюшевую собаку.

— Дружок… Я его помню. В тот день он со мной на катере был. А потом куда делся?

Павел сглотнул.

— Я его сберёг. Он в твоей комнате, ждёт тебя.

Костя бросился наверх, отец пошёл следом. Возле своей двери мальчик остановился.

— Открывай, — разрешил Павел.

Повернув ручку, Костя толкнул дверь и осторожно вошёл в темноту. Пахло пылью и временем, словно застывшим здесь. Он провёл рукой по стене, нашёл выключатель.

Свет зажёгся, и Костя увидел всё разом: динозавров на одеяле, игрушки, оставленные на полу, рисунки на стене. Ничего не изменилось. На подушке лежал Дружок.

Мальчик подошёл к кровати, взял плюшевую собаку и прижал к себе. Слёзы хлынули сами. Это было не горе; для того, что он чувствовал, не находилось названия. Он вернулся домой и вместе с игрушкой обретал потерянные части себя.

Павел опустился рядом, обнял сына. Так они и сидели без слов. Комната, превращённая в святилище, вновь становилась комнатой Кости.

За окном продолжалась ночь, светили звёзды. Возможно, где-то обретала покой и душа рыжеволосой женщины: мальчик, которого она спасла, а после украла, наконец вернулся домой.

Павел пока не знал, что наступило — новая история или конец кошмара, растянувшегося на три долгих года. Но впервые за много времени он надеялся разобраться в этом.

В первые дни Костя бродил по особняку, как призрак, разыскивая осколки памяти среди фотографий, в ящиках и шкафах. Касался мебели, что-то рассматривал, а порой застывал посреди комнаты и глядел в пустоту. О том, что занимало его в эти минуты, не рассказывал.

Павел держался поодаль. Хотелось подойти, заговорить, одним объятием наверстать все потерянные годы. Он знал, что это невозможно: сыну требовалось побыть с собой, освоиться с происходящим.

На третью ночь его поднял с постели крик. Павел побежал по коридору к комнате сына и толкнул дверь. Костя сидел на кровати весь в поту, дрожал, глаза были расширены от ужаса.

— Сынок! Что с тобой?

Ответить мальчик не мог. Дышал прерывисто, словно только что пробежал марафон, а простыню сжимал так, что пальцы побелели. Павел осторожно приблизился и сел с краю.

— Страшное приснилось?

Костя кивнул.

— Расскажешь мне?

Мальчик сглотнул, на секунду зажмурился. Открыв глаза, уже плакал.

— Опять катер. Вода внутрь льётся, буря, все кричат. Я падаю туда, в темноту, а наверх никак. Дышать нечем… — Его снова затрясло. — Потом рука меня вытаскивает. Женская. Я решил — мама. Поднял глаза, а это Тётя Солнце. Улыбается как-то странно, нехорошо. И говорит: «Теперь ты мой».

У Павла от этого рассказа побежали по спине мурашки.

— Ты спал, Костя. Это тебе приснилось. Её уже нет, она ничего тебе больше не сделает.

— Она и раньше плохого мне не делала. За мной ухаживала.

— Знаю. Только от меня она тебя отняла. От этого тоже остаётся рана, даже если ты пока её не ощущаешь…
Какое впечатление оставила история?
Выберите одну реакцию — её можно изменить.
Слово читателям

Поделитесь впечатлением от истории

1

Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.

Оставьте свой комментарийЗначок подберётся по имени сам — или .
Без регистрации

Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.

С вами случалось похожее?Расскажите свою историю — мы опубликуем её на Realish. Имена и места по вашему желанию изменим.Рассказать свою историю
Чудова,захоплююча історія,гарний кінець.Надія вмирає останньУкраина

Була щасливою.

Все обсуждения

Ещё из рубрики «Тайны»

Все истории рубрики