Только тогда Олеся вспомнила об Арчи. Пёс всё это время стоял у стены и внимательно наблюдал за происходящим. Он не понимал, что люди делали с найденным существом, но видел главное: свёрток наконец заметили и унесли туда, куда спешили все остальные.
Тело овчарки постепенно расслаблялось. Арчи больше не готовился к немедленному бегству, хотя продолжал настороженно следить за каждым движением. Олеся повернулась к нему и тихо произнесла слова благодарности. Затем медленно протянула открытую ладонь.
Для Арчи этот жест был непривычным. Обычно при виде приближающейся руки он отскакивал или отходил в сторону. Слишком часто спокойное движение внезапно становилось грубым. Пёс не знал, чего ждать и теперь, поэтому не приближался, лишь внимательно смотрел на женщину.
Олеся не торопила его и не пыталась сама сократить расстояние. Женщина просто стояла, держа руку перед собой, и ждала. Её голос оставался таким же тихим и ровным, как в тот момент, когда пёс положил одеяло на пол.
Арчи осторожно вытянул шею и принюхался. От женщины не исходило угрозы. Она была тем человеком, который не прогнал его, заметил свёрток и помог найденному существу. Пёс сделал маленький шаг, затем ещё один и приблизил морду к её пальцам.
Олеся позволила ему самому коснуться ладони. Только после этого она мягко провела рукой по голове овчарки. Арчи напрягся на одно короткое мгновение, но не отскочил. Когда женщина осторожно почесала его за ушами, пёс расслабился окончательно.
Это ощущение было для него почти забытым. Ласка не сопровождалась криком, болью или попыткой прогнать. Олеся не требовала от него ничего взамен. Она просто благодарила животное, которое несколько минут назад принесло в больницу умирающего от холода младенца.
Женщина понимала, что одной ласки недостаточно, чтобы завоевать доверие собаки, прожившей всю жизнь на улице. Для этого требовалось время. Однако Арчи, похоже, уже принял собственное решение. Среди множества людей, встретившихся ему в незнакомом здании, он выбрал именно Олесю…
