В тот вечер я убрала ключ в карман. Когда София уснула в новой комнате, я долго смотрела на неё с порога. Вадим подошёл ко мне.
— Ты счастлива?
— Да. — Я не отрывала взгляда от дочери.
— Из-за неё?
Я покачала головой.
— Потому что я снова нашла себя.
Вадим ничего не сказал, и я повернулась к нему.
— А ты счастлив?
— Счастлив, что ты дала мне возможность быть с вами.
— Тогда береги эту возможность. — Я улыбнулась.
— Буду.
Нам уже казалось, что наконец стало спокойно, когда неожиданно зазвонил мой телефон. Это была Жанна.
— Да, Жанна, слушаю.
— Я хочу, чтобы вы с Вадимом приехали ко мне в родной посёлок. — Голос у неё был совсем слабый.
— Что-то случилось?
— Ничего плохого. — Она помедлила. — Я хочу кое-что вам рассказать.
— Что именно?
Она долго молчала.
— Это про то, что случилось три года назад.
Я замерла.
— Три года назад?
— Да.
— А что тогда случилось?
— Не хочу, чтобы ты кое-что поняла неправильно.
Я взглянула на Вадима. Он тоже слышал разговор.
— Что именно я могу понять неправильно?
— Приезжайте, тогда и расскажу.
Звонок закончился. Вадим посмотрел на меня.
— Я тоже не знаю, о чём она.
Я кивнула.
— Тогда поедем в выходные.
— Да. — Он взял за руку стоявшую рядом Софию.
Я посмотрела на них, потом на ключ в кармане. Прежде мне казалось, больнее всего было то, что меня выставили из этого дома. Но хуже было поверить, будто я и не заслуживала в нём остаться. За три года я узнала, что не становлюсь хуже оттого, что кто-то не хочет видеть меня рядом. Если одну дверь закрыли, можно построить другую. Если от меня ушли, я всё равно могу хорошо жить. И если человек исправляет свои ошибки, я могу дать ему шанс. Отказываться ради этого от себя мне больше не нужно.
Я посмотрела на Вадима.
— В выходные, значит, едем к твоей маме в посёлок.
— Да. — Он кивнул.
Я не знала, что Жанна собиралась рассказать о событиях трёхлетней давности. Но выслушать её я больше не боялась. Прошлое уже не могло решить за меня, что будет дальше.
Всю дорогу за город я слышала про себя голос Жанны: «Хочу рассказать вам кое-что о том, что произошло три года назад». Мы с Вадимом и Софией отправились к ней в те самые выходные, и путь до посёлка показался мне длиннее обычного. Я не знала, о чём пойдёт разговор, но после всего, что случилось, мне не хотелось тревожить себя догадками. Об этом стоило услышать от самой Жанны: она там была, а мои предположения ничего бы не прояснили.
До её дома нужно было пройти короткую улицу до конца. У самого дома, перед ним, росла старая сирень, а на террасе ровно расставили несколько горшков с растениями. В здешней тишине я вспомнила, какое значение мать Вадима придавала покою. Только теперь этот покой не заставлял меня чувствовать себя лишней. Мне казалось, что для Жанны после всего пережитого он стал передышкой.
Она ждала нас у двери. Я заметила, что она похудела, а смотрит теперь куда мягче. Завидев Софию, Жанна раскрыла объятия.
— София, иди к бабушке.
Дочь побежала к ней.
— Бабушка, тебе лучше?
— Лучше, — улыбнулась Жанна. — Вот тебя увидела, и сразу легче стало.
Вадим унёс чемоданы в дом, а я ещё несколько секунд постояла во дворе. Этот дом почему-то напомнил мне нашу семью. Было время, когда она казалась разрушенной так, что уже ничего не поправить. А ведь порой достаточно сесть и честно посмотреть друг другу в глаза, чтобы трещины понемногу начали затягиваться. Я вошла следом за Вадимом.
После обеда Жанна попросила Софию поиграть во дворе с отцом. Когда мы остались вдвоём в гостиной, она достала из шкафа старую коробку.
— Оксана, я хочу с тобой кое о чём поговорить.
— Что там? — спросила я, глядя на коробку.
Жанна подняла крышку. Внутри было всего несколько старых бумаг да маленькая тетрадь.



















Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.