Это должна была быть не просто свадьба, а событие, о котором потом ещё долго говорили бы за закрытыми дверями дорогих ресторанов. Зал на три сотни человек, живая музыка, известный ведущий, цветочные арки, отдельная фотозона, меню из блюд с названиями, которые я мысленно перечитывала по два раза и всё равно не всегда понимала, что именно окажется на тарелке. Лидия Романовна жила этой подготовкой уже несколько месяцев. Казалось, она выдавала замуж не дочь, а фамильную корону передавала в соседний клан.
Я почти не участвовала в разговоре. Моё мнение никого не интересовало, и я давно научилась не предлагать его добровольно. Я работала преподавателем английского в частной школе, могла часами объяснять детям сложную грамматику, находить подход к самым упрямым подросткам, вести родительские собрания и не теряться перед аудиторией. Но за столом свекрови превращалась в осторожную тень, которая лишний раз не двигает бокал, чтобы не привлечь внимания.
— Осталось совсем немного, — сказала София, водя пальцем по списку. — Мама, ты точно никого не забыла? Там ведь ещё партнёры Дениса, друзья отца, твои знакомые…
— Доченька, у меня всё под контролем, — мягко ответила Лидия Романовна, и её лицо на мгновение стало по-настоящему тёплым. Такой улыбки я за пять лет почти не видела. — Будут все, кто должен быть. Семья Дениса, наши друзья, деловые партнёры, люди нашего круга. Свадьба получится достойная.
Назар рядом едва заметно напрягся. Я почувствовала это не глазами, а телом: его плечо словно стало каменным. Он всегда так реагировал, когда мать начинала говорить о «нашем круге». Обычно после этого она находила способ перевести разговор на меня.
Так и случилось.
Лидия Романовна медленно повернулась в мою сторону. На её лице ещё держалась светская улыбка, но глаза уже стали холодными, внимательными, охотничьими.
— Оксаночка, — произнесла она с такой сладкой заботой, что у меня сжались пальцы под столом, — а ты кого собираешься пригласить со своей стороны? Всё-таки свадьба сестры твоего мужа. Формально ты тоже часть семьи.
Я знала эту игру. У меня не было большой родни, не было влиятельных дядюшек, не было двоюродных сестёр с мужьями-бизнесменами. Отец умер давно. Осталась мама, Мария Остаповна, жившая в небольшом городке у старого канала, где я выросла. Свекровь никогда не называла это место городом. Для неё всё, что находилось за пределами большого богатого мира, автоматически становилось деревней…
