— Что «мам»? Я старая, не слепая. Вы вокруг друг друга ходили так долго, что даже цветы на подоконнике всё поняли. Ярина, передай варенье.
Ярина покраснела, но варенье подала. И украдкой улыбнулась Назару. Он ответил ей такой же улыбкой.
Осенью Назар сделал ей предложение. Не так торжественно, как планировал. Кольцо было заказано, но еще не готово. Он собирался выбрать ресторан, музыку, красивый момент. А получилось иначе: Ярина мыла посуду, рукава были закатаны, на щеке оставалась мука после пирога. Назар вдруг понял, что не хочет ждать ни дня.
Он встал на одно колено прямо посреди кухни, взял ее мокрые руки в свои и сказал:
— Выходи за меня.
Тарелка выскользнула из Ярининых пальцев и разбилась у ног.
— Ты серьезно? — прошептала она.
— Никогда еще не был серьезнее.
Она заплакала сразу, открыто, не закрывая лица ладонями. Слезы текли по щекам, но в них не было прежней боли.
— Да, — сказала она. — Хоть тысячу раз да.
На шум пришла Галина Мироновна с тростью. Окинула взглядом разбитую тарелку, сияющего сына и плачущую Ярину.
— Слава небесам, — вздохнула она. — А то уже неловко было смотреть, как вы оба делаете вид, что ничего не понимаете.
Свадьбу устроили через два месяца: скромно, только близкие, цветы, музыка и теплый свет. Ярина сама выбрала белое платье и плакала в примерочной, потому что никогда не думала, что наденет такое. В день свадьбы Назар не мог отвести от нее глаз. Он вспоминал девушку у мусорных баков — в чужой куртке, с ободранными руками и пустым взглядом, — а теперь перед ним стояла его жена: светлая, живая, любимая.
Галина Мироновна подняла бокал и сказала:
— Хочу выпить за нашу царевну без туфель. Она пришла в этот дом почти босая, но принесла с собой сердце, которое согрело нас всех. Мы думали, что спасаем ее, а она спасла нас.
Ярина прижалась к плечу Назара и тихо произнесла:
— Спасибо, что тогда заметил меня.
— Спасибо, что поверила и села в машину, — ответил он.
Позже, когда праздник закончился, Назар открыл перед ней дверцу автомобиля и улыбнулся:
— Поехали, моя царевна.
Она рассмеялась и села рядом. Они ехали не к дому, где она когда-то появилась как помощница для больной женщины. Они ехали туда, где она была женой, хозяйкой, любимой и нужной…
