Жизнь без прикрас— Гришенька, опять всей суммы нет. Лекарство-то четыре тысячи двести стоит, дорогое. — Она пересчитала деньги. — А здесь тысяча восемьсот.
— Остальное в пятницу принесу. Шульга зарплату выдаст.
— Он ведь и в прошлый раз тебе не выдал, Гриша. Ты сам рассказывал: долг из заработка удерживает.
— Выдаст, — упрямо повторил мальчик.
Аптекарша вздохнула, перевела взгляд на меня. Я подошёл к прилавку и положил деньги. Гриша резко обернулся.
— Не надо за меня! Я не нищий.
— Знаю. Это не за тебя. Я твоей маме задолжал, вот и возвращаю.
— Ты ей что должен?
Я посмотрел на него. Он ещё не мог понять, насколько правдивым будет мой ответ.
— Старый долг. Уже пятнадцать лет не возвращал.
Он долго смотрел исподлобья, с подозрением. Потом забрал коробку, убрал её в рюкзак и, отвернувшись, процедил:
— Спасибо.
Из аптеки он вышел быстро, почти выбежал, не оглянувшись. Я остался у окошка под взглядом аптекарши, смотревшей поверх очков.
— Что я сейчас купил? Какое это лекарство?
Она произнесла незнакомое мне название и пояснила:
— От рассеянного склероза. Оно помогает реже переносить приступы.
— Она давно больна?
— Да сколько их знаю, столько и болеет. Лет пятнадцать, считайте. С палочкой сначала была, потом ходунки понадобились. Последние года три в коляске. А мальчишке всё одному: школа, работа, мать на руках. Ему бы отца… — Она вздохнула. — Только где его взять-то.
Спустя полчаса я вернулся к калитке. На крыльце сидела пожилая женщина, помогавшая им ночью, и чистила в ведро картошку. Маленькая, сухонькая, в стёганой безрукавке; очки висели на шнурке. Она поглядела на меня поверх них — так учительница смотрит на ученика, опоздавшего к уроку.
— Орлов. Михаил Павлович, — произнесла она утвердительно. — Я сразу поняла, по Грише. Вылитый вы. Заходите уж, раз добрались. Только к ней пока не надо. С самого утра плачет.
Это была Галина Ивановна. Прежде чем уйти на пенсию, она тридцать пять лет преподавала литературу в Лозовецкой школе. И дом принадлежал ей.
Я хотел задать вопрос, но она остановила меня, приподняв руку с ножом.
— Сперва поглядите. Она пока в ванной. Потом объясню, сейчас не спрашивайте.
Нож она отложила, обтёрла о фартук руки и повела меня внутрь. Две тесные комнаты с печкой и старыми половиками — чистые, хотя бедность была во всём. У узкой Ирининой кровати кто-то приделал самодельный поручень.
Над этой кроватью оказалась вся моя жизнь.
На больших картонных листах теснились аккуратно наклеенные газетные вырезки за пятнадцать лет. «Орлов назначен директором турбинного завода», «Завод Орлова выходит из кризиса», «Турбина для гидроэлектростанции», «Заказ из области». С фотографий смотрел я: в цехе, рядом с министром, возле новой турбины, в белой каске. Были и интервью, которые я давал раз в год и тотчас забывал.
Здесь они шли год за годом. Каждая заметка была обведена карандашом. На полях некоторых я узнал её почерк, уже нетвёрдый: «Похудел», «Устал», «Седой совсем».
— Всё это она собирала, — сказала Галина Ивановна. — Ни на год вас из виду не упустила. Гриша с малолетства ваши турбины на картинках разглядывал. Спросит: «Мам, это кто?» А она: «Хороший человек. Он для всей страны электричество делает». Так он турбинами и увлёкся, потом ветряк свой смастерил. Только об отце он не знает. Она не объясняла, чей портрет показывает. Скажет: «Смотри, сынок, вот таким надо быть», и всё.
Я стоял перед картонными листами и плакал впервые за все эти годы. Моя жизнь была здесь, сохранённая с той же верностью, с какой я хранил свою ненависть.
Галина Ивановна не мешала. Дала постоять, затем коснулась моего локтя и увела на крыльцо. Там вручила мне второй нож и картофелину. Генеральный директор сел на чужом крыльце чистить картошку. Без дела для рук я бы не выдержал.
Там я и услышал, что случилось пятнадцать лет назад. В сентябре Ирина обратилась к врачу. Рука у неё немела, зрение двоилось, нога могла подвернуться на ровном месте — это началось не вдруг. От меня она скрывала: я ожидал назначения директором, домой возвращался после полуночи, и тревожить меня ей не хотелось.
Поделитесь впечатлением от истории
3Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.
Чудова історія,дякую.
Чудова історія, дякую.
Чудова історія.Хотілось би,щоб у кожної жінки був такий чоловік,який проніс своє кохання через роки.Добре,що доля звела їх саме тоді,коли жінці потрібна була підтримка міцного чоловічого плеча.Дякую автору і бажаю успіхів і натхнення у створенні нових історій