Марина поставила кружку. Пальцы опять затряслись, и она спрятала руки под стол.
— Дом ваш? — спросила Таня, глядя на фотографию.
— Мой, от родителей остался. Здесь я родилась, и дочь моя тоже.
Дальше хозяйка говорить не стала. Таня поняла и не расспрашивала. Марина же заметила, как Лидия Геннадьевна смотрит на Александра. Разговаривает со всеми, а к нему взгляд возвращается снова и снова, задерживается, будто узнаёт. Мальчик тоже это заметил и отвернулся.
К девяти часам они добрались до Лозового Склона. Санки с Костей Лидия Геннадьевна всю дорогу тянула сама, Марине не уступала. Позади шли девочки, держась за верёвку. На остановке возле магазина две женщины с сумками разглядывали прибывших. Прежде чем они успели что-либо спросить, хозяйка громко объявила:
— Племянница гостить приехала, из большого города. Мальчик обжёг руку, вот в районную больницу везём.
Женщины кивнули, отвели глаза. Лидия Геннадьевна наклонилась к Марине:
— Ты не подумай, лгать я не люблю. Да только знать им незачем.
Пришёл автобус. Младших оставили в доме Лидии Геннадьевны у соседки Юли — полной весёлой женщины со своими внуками. Соню и Таню она сразу усадила лепить пельмени. Марина с Александром отправились в город. За билет просили сто восемьдесят. Подав двести, Марина убрала полученную сдачу.
Дежурный травматолог был полным мужчиной лет сорока. Очки висели на шнурке; себе под нос он что-то напевал. Когда Александр снял полотенце, напев оборвался.
— Откуда такой ожог?
— Чайник опрокинул. Сам, — ответил мальчик.
Врач осмотрел кисть, затем запястье. Марина лишь теперь увидела над ожогом синие овальные пятна: четыре в ряд с одной стороны, ещё одно — с другой. Будто руку стиснули и не отпускали.
Травматолог промолчал. Обработал обожжённое место, забинтовал, выписал мазь и объяснил, когда явиться на перевязку. Потом отправил Александра подождать за дверью. Оставшись с Мариной, сел напротив и снял очки.
— Предупреждаю вас: о травме я должен сообщить в полицию. Если ребёнок поступает с повреждением и есть подозрение, что оно не случайное, мы обязаны передать сведения. Такое требование закона, не моя прихоть.
— Я его не трогала, — сказала Марина. — Это не я.
— Вижу. Его держал мужчина, хватка такая. И держал высоко, вы бы не достали. Но сообщить всё равно придётся. К вам придут или позвонят. Где вы сейчас живёте?
Марина не ответила.
— Послушайте, — мягче продолжил врач. — Я не знаю ваших обстоятельств. Только если вы ушли от него, скоро он узнает. Ребёнок несовершеннолетний, родителей у него двое, отца полиция станет разыскивать. Скорее всего, ему и позвонят в первую очередь. Вам надо быть к этому готовой.
Из кабинета Марина вышла на ватных ногах. На жёсткой скамье в коридоре сидел Александр, опустив взгляд на повязку.
— Мам, я неправду сказал. Про чайник. Ты не сердишься?
— Нет, Саша. Сама уже пять лет вру. Не сержусь.
За мазь в аптеке возле больницы просили шестьсот сорок. Марина стояла перед окошком с деньгами в руке и не торопилась их отдавать.
— А нельзя что-нибудь дешевле подобрать? Чтобы помогало так же.
Девушка с серёжкой в брови перевела взгляд с рецепта на Марину, потом посмотрела на Александра.
— Можно взять аналог за триста десять. Состав такой же, тюбик только поменьше.
— Тогда его и дайте.
Ещё одну покупку Марина сделала, подумав, у вокзала: на лотке нашлось зарядное устройство к её старому телефону за двести. Продавцу пришлось перебрать разъёмы, прежде чем удалось подобрать нужный.
На краю Лозового Склона стоял дом Лидии Геннадьевны — небольшой, крепкий, с зелёной вагонкой снаружи. За оградой под снегом лежал огород, рядом был сарай, а вдоль забора тянулась поленница. В двух комнатах и кухне имелось всё для жизни: электричество, газовая плитка с баллоном, печь-голландка. Телевизор был прикрыт вязаной салфеткой, в серванте стояла посуда.
Марина собиралась объяснить, что задерживаться им нельзя: есть подруга, нужно лишь дозвониться. Но хозяйка заговорила прежде, чем она успела открыть рот.
— Вечер уже, автобусы кончились. Юля вам пельменей на кухне наварила. Поешьте, вымойтесь и ложитесь. Утром решим, что дальше.
— Лидия Геннадьевна, вы ведь ничего о нас не знаете.


















Поделитесь впечатлением от истории
10Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.
Шкода того Дениса що негавчили його любові й поваги до дітей до жінки і страшго йому прощати
Відчула як ця жінка перенесла всі незгоди разом з дітьми,витримала і що на її шляху все-таки зустрілися гарні,добрі люди які допомогли їй вирішити всі питання.Ця розповідь дуже сподобалась,душевна,повчальна,дякую.
Плакала,такого не пробачають.
Плакала
Цікава життєва історія.Хочеться щоб таких покалічених сімей не було взагалі.
Це сама найкраща розповідь,яку я прочитала. Дякую вам гарно.
Кінець історії мені сподобався . Багато жорстокості й болю , але доброта і справедливі рішення помякшували ситуацію. Дякую автору за гарну розповідь . ❤️
Рассказ великолепный.за душу берёт.Спасибо Вам огромное.Денис не исправиться.человек поднявший руку на мать своих детей не остановиться.Спасибо ещё раз.
Надзвичайно зворушливо щиро дякую. 💖
Спокій за цю родину,і можливо сум.