Марина пришла готовить дом погибшего сына к сдаче, но там о её семье знали больше, чем она сама

Людмила Фёдоровна навещает нас примерно раз в месяц. Привозит кукурузный пирог и новости из села. Дети уже зовут её бабушкой Людой. Она делает вид, что привыкла. Хотя я замечаю, как ей приятно. Василий Яковлевич и Алла балуют Катю. Каждый уверяет, что второй позволяет ей слишком много.

Илья поступил в строительный колледж, оказался первым по результатам поступления. Говорит, потом пойдёт дальше учиться, хочет стать инженером, как отец. Недавно я увидела его поздно вечером на веранде. Он сидел, смотрел на мой домик, на окна, в которых ещё горел свет, и я присела рядом. Некоторое время мы молчали. Потом он сказал:

— Бабушка, я раньше всё думал, как это бывает, когда родных много, а теперь даже в гамак просто так не попадёшь. Очередь.

Я улыбнулась и положила руку ему на плечо.

На первый Новый год, который мы встретили все вместе, Лиза нашла в коробке Светланиных вещей пять небольших мешочков для подарков. Невестка шила их сама и вышила имена зелёной ниткой. Лиза повесила их возле ёлки. Лиза, Миша, Катя, а рядом ещё два. Илья, бабушка.

Я стояла перед ними и вспоминала, как впервые увидела в доме сына чужую чашку, как испугалась шороха за дверью и подняла швабру. Тогда я ещё не знала, что мальчику, которого нашла в хозяйственной комнате, уже приготовили такой же мешочек, как остальным детям. И мне тоже. Мы с ним уже были частью их планов, просто не успели об этом услышать.

Я шла в тот дом прощаться с прежней жизнью. Думала, придётся разобрать вещи, закрыть шкафы, впустить чужих людей. Я нашла старшего внука и узнала, сколько всего сын с невесткой собирались для нас сделать. Вернуть Виктора и Светлану нельзя. С этим мне приходится жить каждый день. Но детей удалось сохранить вместе, имя сына защитить, а его планы хотя бы в чём-то закончить.