Жизнь без прикрасНа другой день Лариса вернулась в палату. Через день пришла опять.
Документы умещали прошлое Ромы в короткую, запутанную историю. В июле, три года назад, его привёз в приёмный покой районной больницы соседней области какой-то мужчина. Сказал, что подобрал ребёнка, оставил телефон. Он торопился, задерживать его не стали.
Медсестра записала: «Доставлен частным лицом с трассы возле посёлка Ивовые Мостки. Без сознания. Травма головы, переохлаждение, следы на теле. Возраст — пять-шесть лет». Ни слова о реке. В оставленном телефоне при переписывании ошиблись одной цифрой.
Два месяца лечения спасли мальчику жизнь. Он начал говорить, но, когда спрашивали о нём самом, только растерянно молчал. Заключение невролога объясняло это выраженным нарушением автобиографической памяти после тяжёлой черепно-мозговой травмы.
Запросы о пропавших детях пяти-шести лет, обнаруженных у дороги в этом районе, направили в соседнюю область. А там разыскивали семилетнего утонувшего мальчика — в шестидесяти километрах выше по реке. Возраст, место и обстоятельства расходились. Формально никто не ошибся в своих действиях: две бумажные истории разминулись.
Найденного ребёнка назвали Романом, фамилию образовали от названия посёлка и устроили его в детский дом. Лариса дочитывала эти две страницы у заведующего; удержать листы неподвижно у неё не получалось.
— Ещё неделю он будет здесь, — сказал заведующий. — Навещайте, если хотите. Девочки говорят, он к вам тянется.
Теперь она приходила ежедневно с книжками. Показывала, как складывать бумажный кораблик, и смотрела на слишком ловко загибавшие уголки пальцы. Мальчик охотно говорил о детском доме: об Ольге, позволявшей не спать в тихий час, о Ваньке, который умел свистеть. А о раннем детстве говорить было нечего.
— До больницы у меня всё будто стёрли, — признался он однажды. — Иногда что-то появляется. Похоже на сон, только я в это время не сплю.
— Что ты видишь?
Ответ пришёл после долгого молчания.
— Деревянные доски, мокрые. Кораблик. Тётю в белом, как вы. И ещё кто-то что-то говорит… — Он испуганно взглянул на Ларису. — Только не рассказывайте. Психолог нам говорит, чтобы мы не придумывали.
— Не расскажу. И ты ничего не выдумываешь.
Когда мальчика забрали обратно, Лариса впервые за три года оформила отпуск. До детского дома добиралась автобусом четыре часа. Они встречались в комнате для гостей, выходили вместе гулять.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.