В здании плотно пахло застарелой табачной гарью, сырой штукатуркой и концентрированной хлоркой. Пол был выстлан истертым, волнистым линолеумом. Виктор ступал по самому краю коридора, вплотную к стене, где старые доски под покрытием скрипели меньше всего. Третья деревянная дверь направо. Кабинет следователя Кузьмина.
Дверь оказалась заперта. На замочной скважине висела круглая свинцовая пломба на суровой нитке — стандартная ночная процедура опечатывания. Виктор аккуратно поддел скрученную нитку кончиком лезвия, стараясь не повредить сам оттиск печати. Нитка легко выскользнула из паза. Затем он вставил в скважину загнутый кусок жесткой стальной проволоки, заранее заготовленной в сарае. Латунная защелка снова послужила надежным рычагом для натяжения цилиндра. Виктор начал методично, миллиметр за миллиметром, нащупывать пины дешевого советского замка.
Один. Два. Три.
Внутренний механизм глухо щелкнул. Виктор нажал на облезлую ручку, скользнул внутрь темного помещения и плотно прикрыл дверь за собой.
Кабинет тонул во мраке. Свет далекого уличного фонаря пробивался сквозь немытое окно, ложась косой желтой полосой на изрезанную столешницу. На столе было абсолютно пусто. Ни картонных папок, ни пластикового пакета. Пепельница была вымыта. Стул с лопнувшим дермантином ровно задвинут.
Виктор включил свой узконаправленный металлический фонарик. Осмотрел тяжелый железный сейф в углу. Замочная скважина была крестовой формы, такую куском проволоки не вскрыть. Его взгляд упал на ящик письменного стола. Он был заперт, но простой. Виктор вставил лезвие ножа в щель, подпер латунной защелкой и с усилием провернул. Ящик поддался с тихим скрежетом.
Внутри, в прозрачном пакете для улик, лежали часы. Рядом — стопка тетрадей в тех же полиэтиленовых пакетах.
Виктор достал пакет. Он не стал его рвать, чтобы не шуметь. Аккуратно разрезал край лезвием ножа. Часы легли на огрубевшую ладонь. Они были тяжелыми, стекло циферблата пересекала глубокая паутина трещин, под которой застыли стрелки.
Виктор положил часы лицом вниз на металлический край стола. Взял нож правой рукой. Кончик широкого лезвия вошел в тонкий паз между корпусом и задней крышкой. Виктор надавил сверху левой ладонью. Крышка сидела плотно, прикипев за десять лет нахождения в земле. Тогда он достал латунную защелку. Приставил ее тяжелый край к рукояти ножа и нанес короткий, жесткий удар сверху вниз.
Раздался сухой щелчок. Задняя крышка отскочила, упав на бетонный пол.
Виктор посветил фонариком внутрь корпуса. Механизма там не было. Часовой калибр давно выпотрошили. На пустом металлическом дне лежал плоский, потемневший от времени латунный ключ с круглым ушком. На ушке были выбиты три цифры: 412. Виктор зажал ключ в кулаке. Оставил вскрытые часы и пакет в ящике стола.
Он бесшумно выскользнул обратно в коридор, плотно прикрыв за собой дверь. Свинцовая пломба осталась висеть на разорванной нитке. Виктор быстро, но осторожно прошел по тому же краю коридора к пожарной лестнице. Он перекинул ногу через подоконник, нащупал ржавый прут лестницы и начал спуск. Онемевшие пальцы скользили по мокрому металлу, ржавчина осыпалась под подошвами сапог. Каждый метр вниз давался тяжелее предыдущего. Левая нога почти не чувствовала опоры. На середине второго этажа он на мгновение повис на одной руке, когда ступня сорвалась, но сумел удержаться. Наконец ноги коснулись мокрого асфальта заднего двора. Виктор прижался спиной к холодной стене, переводя дыхание. Он был на земле. Целый.
До банка оставалось около сорока минут пешком. Но банк был еще закрыт. Виктор знал это. Он свернул в темную подворотню недалеко от центральной площади, где стоял старый кирпичный дом с глубоким козырьком. Там, за мусорными баками, он присел на мокрый ящик, прижал к себе сумку и приготовился ждать. Часы показывали половину пятого. Банк откроется только в девять. Четыре часа на ледяном ветру, в мокрой одежде, с онемевшей ногой.
Время тянулось мучительно медленно. Холод пробирал до костей. Виктор периодически вставал, делал несколько шагов по подворотне, чтобы разогнать кровь, и снова садился. В шесть утра по улице прошли первые дворники. В семь начали открываться первые магазины. В половине девятого он поднялся, отряхнул грязь с куртки как мог и направился к банку вместе с первыми клиентами.
Внутри здания банка, в подвальном помещении для клиентов, ряды металлических дверей банковских ячеек стояли молчаливым строем. Охранник у входа скользнул взглядом по его грязному виду, но, увидев, как Виктор уверенно достает ключ из кармана, пропустил его без вопросов. Виктор спустился по выщербленным ступеням. Он прошел вдоль стены, считая стертые красные номера.
- 411.
Дверца ячейки была покрыта слоем серой пыли. Механизм замка зарос грязью. Виктор вставил ключ в узкую щель. Ключ вошел только наполовину. Виктор с силой надавил ладонью на ушко, проталкивая металл внутрь. Послышался скрежет песка. Ключ вошел до упора. Виктор повернул его вправо. Замок издал тяжелый, лязгающий звук.
Он потянул дверцу на себя. В глубине темного ящика лежал толстый пластиковый портфель-конверт, перетянутый резиновыми жгутами. Резина рассыпалась в труху от первого же прикосновения. Виктор открыл клапан…
