Жизнь без прикрасЛейтенант взял листок. Пока читал, усталость исчезла с его лица; оно стало каменным.
— Это ребёнок вам рассказал?
— Да.
— При психологе он сможет рассказать то же самое?
— Сможет.
— Подождите здесь. Позову следователя.
Ко мне вышла Надежда Васильевна — полная коротко стриженная женщина лет пятидесяти. От её голоса хотелось встать по стойке смирно. Она дала мне договорить, перелистала принесённые бумаги и лишь потом откинулась на спинку стула.
— Где сейчас ваша мать и остальные?
— В круизе, на лайнере. Их возвращение в порт намечено на пятницу, на половину девятого утра.
— Хорошо. Даже очень. С корабля им деться некуда, а при возвращении всё равно пройдут проверку. Заявление мы принимаем. Записи торгового центра запросим сегодня. С мальчиком поговорит психолог, соседей тоже опросим. Если ваши слова подтвердятся… Судя по вам, подтвердятся. Тогда свяжемся с коллегами в порту.
— А как быть с сестрой? С её мужем?
— Будем выяснять. Знала сестра, что расплачиваются чужой картой, и пользовалась этим — один разговор. Не знала — другой. Сейчас загадывать не станем.
После отделения я надолго осталась на лавочке. Под солнечным светом по асфальту ходили голуби. Вокруг шёл обыкновенный сентябрьский день, а у меня внутри словно всё переставили местами.
Через пару часов, уже вечером, на экране телефона появилось мамино имя. Наверное, лайнер подошёл к Трабзону и появилась связь. Я смотрела на вызов, вспоминая совет Ксении: первый раз не отвечать, дать им понервничать. Телефон дозвонил без меня.
Минута прошла — и от мамы пришло сообщение: «Ирина, почему картой нельзя расплатиться? Что с ней?» Ещё минутой позже она написала снова: «Это ты её заблокировала? Ты в своём уме? К этой карте у нас привязан корабельный депозит».
Я засмеялась вслух. Они не ограничились покупкой круиза: к моей карте был привязан ещё и бортовой счёт. Коктейли, ресторанные ужины — платить за всё это тоже предстояло мне.
Миша забрал у неё пластик, но для депозита на корабле он и не требовался. Хватало данных, введённых при регистрации. Поэтому пропажи она не заметила. Может, и открывала сумку — только зачем перебирать каждый кармашек, когда ты на седьмом небе, в море, да ещё с балконом?
Сообщения остались без ответа. После мамы позвонила Марина. Я пропустила и этот вызов, и следующий мамин, и ещё один от сестры. Но когда высветился незнакомый номер, ответила. Звонил Рома.
— Ира, слышь, разблокируй уже карту, — начал он без приветствия. — У нас тут сорок тысяч счёта. Из ресторана не выпускают, позорище какое-то. На ужин теперь даже детям вход закрыли.
— Ты знаешь, Рома, кто оплатил вам поездку?
— По словам твоей матери, деньги были от тебя.
— Я ничего не давала.
Он помолчал.
— Это как?
— Она взяла мою карту из моей квартиры. Украла. А Мишу оставила там одного.
На этот раз Рома молчал дольше. Заговорил он уже тише.
— Послушай, я этого не знал. Марина сказала, тёща за всё заплатила. Ну, я и решил, что у неё что-то накопилось. Ира, я же не знал.
— Теперь знаешь.
— И что нам делать? Нас здесь прессуют. Если счёт не закроем, грозятся в порту передать куда следует.
— Тогда платите своими.
— У меня кредитка пустая!
— Это уже твои проблемы, Рома.
Я закончила разговор. Руки тряслись оттого, что я впервые отказала им. Сказала своё «нет» — и мир не рухнул, потолок остался на месте. Я сидела на кухне, а родственники где-то в море метались по палубе: как же так, почему кормушка захлопнулась?
Через полчаса мама добралась до меня по видеосвязи в мессенджере, через корабельный Wi-Fi. Ксения уже разрешила ответить, но с условием: обязательно записывать. Прежде чем принять вызов, я включила запись экрана.
За маминой спиной синело море и виднелась балконная дверь. На ней был новый шёлковый халат, в ушах — золотые серьги с камушками. Лицо красное; от загара или от злости — не разобрать.
— Ты что устроила, дрянь? Перед всем кораблём нас опозорила! Сейчас же разблокируй карту!
— О какой карте речь?
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.