Браконьеры не любят, когда их ловят. Убийство медведицы – штраф. Может срок дать, если докажут.
Я нашел тело, забрал медвежонка, значит, свидетельство есть. Им это не нравится. Третий вариант.
Они хотят напугать. Показать, что знают, где я, где Вера, где медвежонок. Давят психологически, чтобы я молчал, не сообщал в службу.
Тоже возможно. Но опасно. Такие угрозы часто переходят в действие.
Я достал рацию, попробовал связаться со станцией. Нажал кнопку. «Кордон Громова. Выход на станцию. Срочно. Прием».
Помехи. Шум. Тишина.
Связь плохая. Деревья глушат сигнал. Попробовал еще раз.
«Кордон Громова. Станция. Прием». Тишина.
Связи нет. Придется идти на кордон, связываться оттуда. Там рация мощнее, антенна выше.
Но Вера осталась одна, с медвежонком. Если браконьеры вернутся, она беззащитна. Я быстро вернулся к дому Веры.
Постучал в дверь. Вера открыла, удивилась. «Михаил Андреевич, что-то забыли?»
Я сказал коротко: «Вера Павловна, закройте дверь на засов. Окна тоже закройте. Никого не впускайте, пока я не вернусь».
«Если кто-то придет, не открывайте. Поняли?» Она испугалась: «Что случилось?»
Я не стал пугать сильнее. «Ничего. Просто будьте осторожны».
«Я вернусь завтра утром. Если что, кричите громко, я услышу на кордоне». Неправда.
Кордон в пяти километрах. Не услышу. Но скажу правду — она запаникует.
Вера кивнула испуганно: «Хорошо. Я закроюсь». Я развернулся, быстро пошел к калитке.
Оглянулся. Вера закрыла дверь. Слышал, как засов лязгнул.
Пошел по дороге к кордону. Быстро, почти бегом. Нужно связаться со станцией, вызвать помощь, описать ситуацию.
Пусть пришлют патруль, проверят местность, найдут браконьеров. Но пока я один. И Вера одна.
И где-то рядом двое неизвестных. С ружьем. И неясными намерениями.
До кордона добрался за сорок минут. Бежал почти всю дорогу. Останавливался только, чтобы отдышаться.
Ноги гудели, спина мокрая от пота. Добежал до домика, распахнул дверь. Сразу к рации.
Включил R-159. Настроил частоту, нажал передачу. «Кордон Громова. Вызываю станцию. Срочная связь. Прием».
Шум, треск, помехи. Тишина. Еще раз.
«Станция, кордон Громова. Прием». Помехи сильнее.
Потом короткий всплеск голоса. Обрывки слов неразборчиво. Потом опять тишина.
Я переключил на резервную частоту, попробовал снова. То же самое. Связь не проходит.
Магнитная буря или оборудование барахлит. Или атмосферные помехи. Бывает в мае, когда циклоны идут.
Попробовал еще десять минут. Бесполезно. Связи нет.
Я выключил рацию, сел на нары. Думал. Варианты.
Можно идти в поселок пешком. Сорок километров, дорога размыта, но пройти можно. Часов восемь займет.
Доберусь, вызову помощь, вернусь с патрулем, но это значит всю ночь Вера будет одна. Если браконьеры придут, она беззащитна. Можно остаться на кордоне, ждать до утра, когда связь восстановится.
Но то же самое. Вера одна. Риск высокий.
Можно вернуться к Вере. Остаться рядом с ее домом. Охранять всю ночь.
Если браконьеры придут, встречу их. Один против двоих может невыгодно, но хоть какая-то защита. Я выбрал третье.
Встал, собрал рюкзак. Взял термос с чаем, бутерброды, фонарь, нож, ракетницу. Ружье достал из шкафа.
Старое, но надежное. Двустволка двенадцатого калибра. Патроны с картечью, шесть штук.
Заряжены два в стволы, четыре в карман. На всякий случай. Запер кордон, пошел обратно к Вере.
Уже темнело. Май, но вечера еще короткие. Часов в десять совсем стемнеет.
Дошел за час. Подошел к дому осторожно, через лес. Не по дороге, а стороной.
Вышел к опушке в пятидесяти метрах от дома. Остановился, за толстым кедром осмотрелся. Дом Веры тихий.
Окна закрыты, свет горит в одном, на кухне, наверное. Дым из трубы идет. Двор пустой.
Козы в загоне спят. Тихо. Я нашел удобное место.
Старый пень у кедра, сухой, устойчивый. Сел, прислонился спиной к стволу. Отсюда видно дом, калитку, часть двора.
Если кто-то придет, увижу сразу. Укрылся курткой, достал термос, налил чай. Выпил несколько глотков.
Горячий, крепкий. Согрелся немного. Положил ружье рядом, на колени.
Руку на стволы. Готов. Темнело быстро.
Небо серое, облака низкие. Ветер поднялся, холодный. Градусов десять, не больше…
