Жизнь без прикрасОн обернулся. Собственный голос прозвучал спокойно, даже с лёгкой скукой, словно обсуждался сломанный выключатель.
— Приспособление для полива. Проверяет, не высохла ли земля. Для больших цветов такие делают.
— А зачем ему усик?
— Это проводок, по нему сигнал идёт.
— Кому идёт?
— Кто поливает, тому и идёт.
Варвара подумала.
— Почему же она чёрная? Чёрное — грязное.
— Бухгалтеры краску жалеют, — ответил Степан Константинович, удивляясь тому, что у него ещё получаются шутки.
Он взял тёплую детскую ладошку. На пальцах тянулись полоски земли, виднелся синий след фломастера.
— Главному специалисту по лошадям пора помыть руки. А после отправляемся за мороженым. Прямо сейчас.
— А твои бумажки?
— Подождут. Терпения у моих бумажек хватает.
Варвара радостно завизжала и потащила его к выходу. Он успел выключить настольную лампу. Раскрытые папки так и остались на столе, стул — отодвинутым. Возле косяка рука привычно нашла выключатель: свет он погасил так же, как делал это тысячу раз.
На маленькой кухне у коридора стояла раковина. Над нею на полке теснились чужие кружки: «Лучший папа», «Не подходи, я не выспалась». Степан Константинович намыливал внучке руки под струёй воды, а мысленно перебирал доступ к кабинету.
Дверь запирается. Его ключ, дубликат у Анны в сейфе, ещё один у охраны на случай пожара. Екатерина Станиславовна убирает либо при нём, либо при помощнице. Позапрошлой осенью ремонтировали кабинет, красили откосы. Нужно вспомнить, кто заходил, кто мог остаться без свидетелей, наклониться у стены на полминуты. И сколько времени коробочка уже находится в кадке.
— Деда, ты мне сейчас палец оторвёшь.
— Прости. Задумался, — сказал он, ослабляя хватку.
— Про что?
— Про полив.
Внизу Андрей оторвался от газеты.
— Уже уходите?
— Документы потерпят. Ребёнок важнее.
Ответ вышел таким естественным, что охранник одобрительно кивнул.
В кафе на другой стороне дороги Варвара выбрала два шарика мороженого — фисташковый и клубничный. Ела, болтала ногами и рассказывала о нарисованной лошади. Оранжевогривую красавицу звали Мурка; летать она умела, только показывала это не каждому.
— Да ты что! — откликался Степан Константинович, слушал, кивал, вставлял вопросы.
Но сквозь рассказ, как сквозь стекло, он видел проволочку на опоре фикуса. Ровные витки, тёмная нитка. Кто-то наматывал её неторопливо. У этого человека было время; он знал, что никто не помешает.
На подбородке Варвары размазалось клубничное мороженое. Глядя на неё, он думал о своих сорока годах в деле. Обманывать его пробовали и с деньгами, и со сроками, и с качеством бетона — мало ли с чем ещё. Он привык. Но до сих пор не бывало такого: в собственном кабинете, где он вслух называл каждую сумму, каждое имя, всё это время словно присутствовал кто-то ещё.
— А завтра мы снова к тебе на работу поедем, деда?
— Да, поедем. Непременно.
Елена вернулась раньше обещанного. Тёма устал за рулём, и с юбилея они уехали до второго торта. Вечером у подъезда Варвара встретила мать целым потоком новостей: оладьи, Мурка с оранжевой гривой, мороженое в одной креманке, поликлинический запах на дедушкиной работе.
— В кабинете-то она у тебя не замёрзла?
— Не замёрзла.
— Пап, у тебя с лицом что-то. Контракт в порядке?
— С контрактом всё хорошо.
Он поцеловал внучку в макушку, пахнувшую клубникой и уличным ветром. Подождал, пока за дочерью и Варварой закроется квартирная дверь, и спустился к машине. Телефон достал лишь там, на тёмной парковке.
Александра Дмитриевича он знал тридцать лет, с завода. Потом пути разошлись: Степан открыл своё дело, Александр дослужил и устроился в частную охрану. Ушёл позднее и оттуда — начальников, говорил, развелось слишком много, работы осталось слишком мало. Теперь в загородном частном доме он разводил кроликов, чинил соседям всё сломанное и раз в месяц звонил поругать телевизор.
— Стёпа, чего так поздно? Помер кто-нибудь?
— Александр, приехать сможешь?
Последовала пауза, короткая, как щелчок.
— Сейчас, через час.
— И чемоданчик свой захвати, — попросил Степан Константинович.
Снова помолчали, теперь чуть дольше.
— Какой?
— Ты знаешь какой.
— Понял, — сказал Александр Дмитриевич и отключился без единого вопроса.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.