Жизнь без прикрасСумму Александра перечитала два раза. Почти столько же она заплатила брату за ремонт. Он получил с неё за работу, а затем взял деньги ещё и за её собственные балки.
— Фёдор Олегович, разрешите снять на телефон бумагу и дерево? Я потом объясню всё как следует. Мне никого обижать не хочется. Вы ведь ни в чём не виноваты.
— Снимайте, — кивнул он, посуровев. — Всё, что потребуется. И скажу где угодно, дочка, у кого покупал, если понадобится. Краденого я не брал никогда и теперь не стану.
Александра сфотографировала обе стороны расписки, саму балку, при вспышке — имена крупным планом, затем запил на конце. Попросила рулетку. Хозяин принёс её, и она промерила толщину, ширину, длину, записав всё на обороте конверта.
Вечером дома она снова забралась на чердак, теперь с размерами. В старом гнезде над детской сосновая балка сидела неплотно: она была уже, оставшийся промежуток забили паклей. Александра измерила гнездо. С балкой в бане размеры совпали до сантиметра.
Виталий слушал её за столом с Наденькой на коленях. Не перебивал; лишь когда Александра показала снимок имён, склонил голову.
— Всё-таки нашли.
— Нашла.
— Сами.
— Сама.
Он поднял глаза. Александре показалось, что теперь в его взгляде было уважение.
— Я бы искать не додумался. Об именах ничего не знал.
— Мы только вдвоём знали. Борис и я.
Виталий ещё долго разглядывал фотографию.
— Вам к юристу надо. К настоящему, не к знакомому за советом. Брат просто так ничего не вернёт. Скажет, вы разрешили забрать, подарили балки ему, это его заработок.
— На что мне юриста нанять? Денег нет.
— Кажется, вдовам с детьми и многодетным помогают бесплатно. Жена рассказывала, у них в больнице объявление висело. Узнать бы.
Такая помощь нашлась в райцентре: маленький кабинет на первом этаже районной администрации, приём по вторникам. Александра записалась по телефону и поехала в первый же вторник. В папке были накладная с чердака, распечатанные снимки, копия договора и конверт с замерами.
Веронике Гаврилюк было около тридцати. За тонкой оправой очков она внимательно смотрела на Александру, крутя карандаш со следами зубов: видно, грызла, когда задумывалась.
— Давайте с начала.
Александра рассказала. Вероника не перебивала, изредка записывала, затем попросила договор. Два листа Александра так и не удосужилась внимательно прочесть — подписала не глядя, брату ведь доверяла. Юрист прочитала их дважды и отметила карандашом несколько строк.
— Есть хорошая новость. Подряд оформлен на его предприятие, стоит печать. Он хотел солидности, а сам себе вырыл яму.
— Почему?
— Здесь: «Подрядчик обязуется выполнить работы по замене перекрытия кровли из качественных материалов». Важно именно «качественных». И гарантия — пять лет.
— Я даже не знала.
— Однако он её дал. Перекрытие стало аварийным за полгода — значит, работу выполнили плохо. Вы вправе требовать бесплатной переделки, возврата денег либо оплаты исправления. С этим разобрались. — Вероника отложила договор и взяла снимок имён. — С балками сложнее. Это ваше имущество, часть дома. Разрешения забирать и продавать договор ему не давал. Но продажа состоялась: есть расписка, подпись, сумма. Тут дело уже не в плохом ремонте, а в хищении обманом. Вам сказали, будто гниль отвезли на свалку.
— Мне этого не говорили, — тихо поправила Александра. — Вообще ничего. Я не знала, что балки вывозят.
— Тем более. — Карандаш стукнул по столу. — Можно обращаться в полицию с заявлением о мошенничестве. Сумма значительная. Некондиционную сосну он купил за копейки, накладная это подтверждает, а с вас получил как за добротный материал. Разницу оставил себе. Плюс проданная лиственница. Плюс неоплаченный труд Виталия, вашего свидетеля.
Александра сжимала руки на коленях.
— Только зачем мне это? Я не хочу, чтобы брата посадили. Мне нужна детская, где на детей потолок не обвалится.
Вероника перестала вращать карандаш и посмотрела поверх очков.
— Понимаю. Начнём с письменной претензии, без полиции. Укажем договор, некачественную работу, приложим заключение. Потребуем оплатить исправление и дадим, допустим, десять дней. Заплатит — обойдётесь без суда и полиции. Откажется — подадим иск. Туда пойдут накладная, расписка, фотографии и свидетельство Фёдора Олеговича.
— А заключение откуда взять?
— Нужна независимая строительная экспертиза. Специалист обследует перекрытие и письменно подтвердит, что лес некондиционный и именно это привело к аварии. Без документа брат сошлётся на снег: потолок от снега упал, а снег от Бога.
— За экспертизу платить нужно.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.