Жизнь без прикрасЯ рассказал сыну обо всём найденном — и о лекарствах, и о деньгах, и об обстоятельствах аварии. Он выслушал, не перебивая, затем поднялся, опершись одной рукой о стену. Ноги дрожали, но он продолжал стоять.
— Значит, с самого начала это сделала она?
— Судя по тому, что удалось выяснить, да.
Максим долго смотрел в окно.
— А я десять лет считал, что мне не повезло.
Ответить было нечего. Спустя некоторое время он повернулся ко мне.
— Я хочу увидеть, как она поймёт, что больше так не будет.
— Ты не обязан присутствовать.
— Я хочу.
— Стоять тебе тяжело.
— Буду сидеть. Но больше от неё не спрячусь.
Я подошёл и положил ладонь ему на плечо. За время нашего отсутствия Максим изменился.
Не физически.
Тело оставалось истощённым, ноги быстро уставали, движения были ненадёжными. Изменился его взгляд. В нём становилось меньше страха и больше решимости.
Оставшееся время мы готовились к возвращению Ларисы. Ни мести, ни эффектного семейного объяснения я не хотел. Нужно было, чтобы она пришла, по-прежнему уверенная в своей власти над нами.
К вечеру воскресенья от неё пришло сообщение: «Витя, мы решили вернуться раньше. Соскучилась по вам. Буду дома через час».
Я прочитал его Максиму. Он медленно встал со стула, на этот раз не прося моей помощи. Я отправил ответ: «Хорошо. Мы ждём тебя дома».
Домой мы вернулись заранее. Безопасным местом я его снова не считал. Но только туда Лариса должна была прийти сама, ещё не зная, что произошло в её отсутствие.
Леонид снова предупредил меня:
— Витя, ты никого не задерживаешь сам, никому не угрожаешь и не пытаешься силой добиться признания. Материалов уже хватает для работы следствия и экспертов. Дай ей самой показать, зачем она пришла и кого привела.
— Понял.
— Если события перестанут поддаваться контролю, отойди. Не геройствуй.
Я согласился. Максим сидел рядом и молча слушал. Передвигаться ему стало немного легче, но за выходные чудесного исцеления не случилось. После десяти лет почти полной неподвижности мышцы оставались слабыми, равновесие — нарушенным. Даже несколько минут стоя требовали большого усилия.
Мы устроили всё так, чтобы встреча не стала испытанием его здоровья. У камина поставили крепкое кресло: если ноги подведут, он сможет дотянуться до него рукой. Рядом оставили трость, против которой сын сначала возражал.
— Я хочу стоять, когда она войдёт.
— Будешь стоять. Но устанешь — сядешь.
— Тогда она решит, что я всё ещё слаб.
Я посмотрел на него.
— Физически ты слаб, Максим. После всего пережитого это нормально. Цирк перед ней устраивать не нужно. Мы уже подтвердили главное: ты не тот полностью беспомощный человек, о котором она писала в документах.
Он помолчал и согласился.
Леонид был в доме, но оставался вне гостиной. Сотрудники, работавшие с материалами проверки, тоже ждали отдельно; без оснований появляться они не должны были. Я хотел, чтобы Лариса вошла с теми же намерениями, с какими собиралась: муж ничего не понимает, сын зависит от её препаратов, бумаги подготовлены и можно продолжать.
Около шести вечера завибрировал телефон. Лариса написала: «Витя, мы почти у дома. Я беспокоюсь за тебя. Пожалуйста, не бойся и не нервничай. Мы со всем разберёмся».
Я дважды прочитал сообщение, задержавшись на слове «мы».
— Она едет не одна.
Максим поднял глаза.
— Скорее всего, с Гончаром.
«Хорошо. Мы в гостиной», — написал я, отправил сообщение и оставил телефон на столе.
В доме было тихо. Максим поднялся, медленно отталкиваясь рукой от подлокотника. Я хотел помочь, но он покачал головой.
— Сам.
Выпрямившись на слегка дрожащих коленях, он осторожно прошёл несколько шагов и остановился у камина. Я занял своё старое кресло, в котором просидел сотни вечеров, ещё не понимая, что происходит в нашей семье.
За стеной теперь лежали копии банковских бумаг, медицинские заключения, результаты исследования препаратов и материалы аварии. Нужные сведения Леонид уже передал. Механик был готов официально рассказать о ремонте машины Максима. Лариса обо всём этом пока не знала.
Снаружи послышался двигатель. Сын медленно выдохнул.
— Если будет тяжело, садись, — сказал я.
— Я выдержу.
— Не ради неё.
Он повернул голову.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.