Жизнь без прикрасЯ опять вспомнил тот вечер. Дождь. Звонок. Разбитый автомобиль. Врачи. Лариса, плачущая в больничном коридоре.
— Что было указано причиной в материалах проверки? — спросил Леонид.
— Точно не помню. Кажется, речь шла об отказе тормозов и потере управления. Тогда всё объяснили технической неисправностью.
— Если материалы сохранились, их нужно найти, — сказал Олег, посмотрев на меня.
— Найдём, — ответил Леонид.
Я стоял у стола и не чувствовал рук. До сих пор я пытался принять, что жена крала деньги и вместе с врачом мешала сыну восстанавливаться. Теперь приходилось допустить ещё и другое: возможно, всё началось до лечения, до больницы, до самой аварии.
— Зачем ей это было? — спросил я глухо.
Леонид понял, о чём я.
— Пока ответа нет.
— Если искать возможный мотив, — сказал Олег, медленно перелистывая бумаги, — стоит проверить, что тогда происходило с наследством Андрея.
— Андрей был ещё жив.
— Да. Но уже тяжело болел.
Я замер. За несколько месяцев до аварии брат получил диагноз. Лечился, держался, старался скрывать страх, хотя понимал серьёзность болезни. О завещании он впервые заговорил именно в то время.
— Он хотел оставить деньги Максиму, — сказал я.
— Лариса знала? — спросил Олег.
Я едва не ответил, что не знаю, но вспомнил наш стол и брата за ним. Лариса сидела вместе с нами, когда он говорил о племяннике.
— Максим способный парень. Если меня не станет, пусть у него будут средства спокойно учиться и начать свою жизнь без долгов, — сказал тогда Андрей.
Никакого лечения в том разговоре не было. Максим был здоровым восемнадцатилетним юношей; брат собирался оставить ему обычное наследство. Уехав учиться, сын распоряжался бы деньгами сам, а Лариса не получила бы над ними власти. После аварии появились тяжёлая инвалидность, необходимость ухода, медицинские расходы. Постепенно всё, что касалось Максима, оказалось в руках его матери.
Мне стало трудно дышать.
— Нет… Я не могу в это поверить.
Никто не возразил. Первым заговорил Леонид:
— Одна банковская операция не даёт нам права утверждать, что Лариса устроила аварию. Сначала найдём старые материалы, самого механика и выясним, что делали с автомобилем. Только после этого будем судить.
Я кивнул.
— Да. Нам нужны факты. Ничего сверх того, что подтверждается.
Олег занялся старыми документами, а я вернулся в гостиницу к Максиму. Он сидел на кровати, глядя на дверь. Едва я вошёл, спросил:
— Что произошло?
Должно быть, всё было написано у меня на лице. Я сел возле него.
— Исследование подтвердило: лекарства могли сильно затормаживать тебя и ослаблять мышцы. А врачи обнаружили активные движения в ногах. Они считают, что возможность восстановления есть.
Максим закрыл глаза. Впервые я увидел на его лице облегчение без прежней тревоги.
— Олег ещё проследил, куда ушло наследство Андрея, — продолжил я. — Почти все средства прошли через компании, связанные с Гончаром и твоей матерью.
Сын не ответил.
— Есть и другая находка.
Он посмотрел на меня. Говорить не хотелось, но снова скрыть от него обстоятельства его собственной жизни я не имел права.
— За два дня до твоей аварии Лариса отправила деньги владельцу мастерской, где занимались твоей машиной.
Максим будто перестал дышать.
— Что?
— Мы ещё не выяснили, что стояло за этим платежом.
— Папа…
— Пока не выяснили, — повторил я твёрже. — И обвинять её в том, чего не доказали, не будем.
— Но это была моя машина?
— Да.
Он отвернулся; я увидел, как напряглась челюсть.
— Я помню, что было перед поездкой.
— Расскажи.
— Мама не раз спрашивала, зачем мне ехать в другой город. Говорила, можно учиться ближе, не уезжать из дома.
— Ты мне об этом не говорил.
— Тогда это не казалось странным. Мать не хочет отпускать сына — что тут рассказывать? — Он невесело усмехнулся. — А потом предложила проверить машину перед дорогой. Сказала, нашла хорошего мастера.
По спине прошёл холод.
— Машину отвезла она сама?
Максим задумался.
— Кажется, да. Одно помню точно: вечером машины не было, а на следующий день она стояла во дворе.
Я поднялся.
— Это нужно записать.
— Ты считаешь, она могла?..
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.