Жизнь без прикрас— Тань… — Ирина прищурилась, разбирая подробности. — Здесь при выгрузке можно и через терминал, и наличными. А за ложный вызов или отказ принять качественный товар — двойная логистика и неустойка магазину. Около сорока тысяч выходит. И паспортные данные в договоре Антона.
— Постой, — Таня даже жевать перестала. — Он тебя не собирается туда притащить и поставить под дуло пистолета? То есть перед грузчиками. Давай, мол, плати, а то перед людьми неудобно.
— Тань, да ты гений, — медленно сказала Ирина.
— Знаю. Бывший меня однажды так в ресторан сводил: на пятёру наелся, потом — ой, карта дома осталась. Я встала, за свой капучино рассчиталась и ушла. Говорят, ему после этого пришлось посуду мыть.
Годы общения с трудными клиентами и ничуть не более лёгкими родственниками отточили интуицию Ирины, и сейчас эта интуиция выла сиреной. Тут и загорелся телефон: пришло сообщение от Антона.
«Ирочка, привет! Мама сегодня мне звонила. Просила простить её за резкость, признала, что неправильно себя повела. Хочет, чтобы мы в пятницу после твоей работы приехали на чай, обещала фирменный пирог. Давай уже мириться. Ты прямо к ней приезжай, ровно к 17:30, пока пирог горячий. Я заранее приеду, помогу ей по хозяйству».
Сообщение Ирина прочитала дважды. Ровно к 17:30 — в середине доставки, назначенной с пяти до шести вечера. Изумительная, почти хрустальная незамутнённость ума. Вот такой спектакль они придумали, чтобы загнать её в угол. Антон, неспособный даже порцию корма терьеру правильно отмерить, назначил себя великим комбинатором.
Ни боли, ни обиды она не чувствовала. На дождь ведь не обижаются: он идёт, потому что так устроен. Антон по тому же закону пытался устроиться на чужой шее — семейная физика, давно известная Ирине. Вместо злости появился холодный деловой азарт.
— Напишешь, что не приедешь? — Таня с любопытством вытянула шею.
— Напротив, Танечка. Приеду непременно. Как можно отказаться от фирменного пирога Раисы Леонидовны? Ещё и с такой роскошной подачей.
Три следующих дня заполнили привычные дела: кокер-спаниели нуждались в стрижке, истеричные корги — в успокоении, запущенные пудели — в наведении порядка. Дома тем временем Антон носил загадочное выражение человека накануне великого свершения. Был безукоризненно вежлив, мыл за собой посуду и даже один раз вывел Рыжика.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.