"Ушли на небеса" через пол часа после свадьбы

Виктор принёс в её комнату небольшой обогреватель, мягкий плед и новую подушку. Алину он попросил помочь с цветами. Затем забронировал номер в маленьком приморском отеле — обязательно такой, чтобы из окна можно было увидеть воду.

Услышав про номер, Марина долго молчала, не в силах подобрать слова.

— Значит, я увижу море через настоящее окно?

— Через настоящее, — подтвердил он.

— А если там мне станет плохо?

— Я никуда от тебя не уйду.

Она кивнула и повернула лицо в сторону, пряча от него слёзы.

Елена Ивановна внимательно следила за ними. Старшей медсестре было сорок два года; за время работы она насмотрелась на истории, которым поначалу хотелось верить. Родственники оставляли больных, люди изображали беспомощность ради выгоды, врачи ломались под тяжестью собственных несчастий. Поэтому слишком красивым историям она уже не доверяла. В отношениях Виктора и Марины её пугало именно обилие боли.

Как-то Марина уснула после укола. Елена Ивановна зашла проверить капельницу и увидела на краю тумбочки блокнот. Читать чужие записи она не намеревалась, но тревога давно стянулась внутри тугим узлом. Медсестра всё же протянула руку.

На открывшейся странице было лишь несколько строк: «Прости меня. Я должна была выбрать другое время».

Елена Ивановна поспешно закрыла блокнот. Сердце билось чаще. Смысл записи оставался непонятен, как и тот, к кому обращалась Марина. Возможно, к Виктору. Возможно, к самой себе. Или к Наталье, чьё имя иногда произносили шёпотом. Ни один из этих вариантов не давал ей уверенности.

В тот же вечер она остановила хирурга возле лифта.

— Виктор Степанович, уделите мне минуту.

— С Мариной что-нибудь случилось?

— Состояние не изменилось. Меня беспокоит другое: по-моему, она чего-то не договаривает.

Он улыбнулся устало.

— У каждого из нас есть недосказанное, Елена Ивановна.

— Я не об этом. Вы к ней сильно привязались. А она…

— Умирает, — негромко перебил Виктор. — Пусть то, о чём она пока не может говорить, останется при ней. Расскажет, когда будет готова.

Елена Ивановна собиралась возразить, но посмотрела ему в лицо и остановилась. Давно она не видела там этой осторожно возвращающейся жизни. Прежняя пустота отступила, и разрушать это подозрением, которому сама медсестра не находила объяснения, она не смогла.

Через несколько дней стало ясно, что назначенного срока не дождаться. Марина быстро теряла силы: вставала с трудом, сбивалась с дыхания, к вечеру снова поднималась температура. Врачи признали, что ждать неделю до свадьбы нельзя.

Виктор сам пришёл к больничному психологу.

— Проведём свадьбу завтра.

— Вы уверены в своём решении?

— Не уверен. Но ждать уверенности уже некогда.

Ночью, накануне церемонии, он принёс Марине простое серебряное кольцо. На внутренней стороне были выгравированы инициалы: «В. и М.».

— Завтра мы с тобой будем мужем и женой.

Кольцо лежало на её раскрытой ладони. Марина держала руку осторожно, будто серебро могло растаять.

— Вы и есть моё чудо, — прошептала она.

Когда Виктор ушёл, Марина ещё долго сидела на кровати. Руки тряслись, боль приходила волнами. Всё же она заставила себя раскрыть блокнот и написать последнее письмо. Сложенный лист спрятала под подушку, а из кармана старого пальто вынула маленький конверт.

Она долго смотрела на него почти умоляюще. Внутри было её решение, после которого вернуться назад уже не получится.

Заснуть в ту ночь Марина не смогла. Закрывала глаза и снова открывала, слушая больницу: шаги дежурной медсестры, гул далёкого лифта, скрип каталок, дождевые капли за маленьким окном. Казалось, каждая минута уговаривает её задержаться ещё немного, но тело отказывалось соглашаться с надеждой.

Она достала листок с желаниями и повела пальцем вдоль строк. Домашнее тепло, белое платье, слова о любви. Море, увиденное из окна, сон без страха. Фамилия другого человека, которая станет её собственной. Память, переживущая последний вдох.

— Завтра, — беззвучно произнесла Марина.

Затем она сделала в блокноте ещё одну запись: «Виктор, благодаря вам в последних днях моей жизни появился смысл. Теперь мой черёд дать вам взамен всё, что в моих силах».