Постепенно, под предлогом «помочь папе», Богдан получил доступ к моим банковским делам. Я сам добровольно оформил на него доверенность, чтобы он мог платить поставщикам, если я приболею. Я подписал бумаги, толком не вникая, потому что доверял сыну.
Это моя ошибка, и я о ней ещё скажу. А дальше начали происходить странные вещи, которые я поначалу не связывал между собой. Мне стали намекать, что я сдаю.
Забыл, где ключи. «Пап, это возраст, тебе надо провериться». Перепутал имя нового поставщика.
«Папа, может, тебе уже трудно всё держать в голове». Марина завела разговоры о том, что в моём возрасте люди становятся жертвами мошенников, что надо обезопасить папины деньги. Меня методично, по капле, убеждали, что я старею и слабею.
И самое страшное: порой я начинал в это верить. Когда близкие люди каждый день говорят тебе, что ты плох, ты начинаешь себя проверять, сомневаться, бояться. Это подлая, тонкая работа.
Один эпизод тогда показался мне незначительным, а теперь я понимаю, что это была репетиция. Как-то на семейном ужине я рассказывал про поставщика из одного города, а назвал другой. Оговорился — с кем не бывает.
И Марина тут же, при гостях, всплеснула руками: «Ой, Павел Миронович, вы опять путаете. Богдан, ты видел? Я же говорю, папе надо к врачу».
И посмотрела на гостей так, со значением. Мол, запомните, свидетели: старик путается. Я тогда отмахнулся.
А это, оказывается, они собирали доказательства. По крупицам. При свидетелях.
Готовили почву, чтобы однажды сказать: «Смотрите, он не в себе». А потом наступило то самое утро. Я поехал, как обычно, на завод…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
