На прошлый день рождения Соломии она приехала с огромным плюшевым медведем. Игрушка была почти с саму дочь, с мягкими лапами и бантом на шее. Соломия радостно бросилась к бабушке, обняла и её, и медведя сразу. Мирослава Петровна наклонилась, поцеловала внучку, провела ладонью по её плечу, поправила платьице и несколько раз погладила по волосам.
Я стояла рядом и на секунду даже подумала, что, может быть, этот день пройдёт спокойно. Дочь смеялась, Богдан улыбался, в комнате пахло сладким кремом и фруктами. Свекровь тоже улыбалась, говорила ласковые слова, будто обычная бабушка. Я не заметила, как несколько светлых волосков оказались у неё между пальцами. Не заметила маленький пакетик в сумке.
Через две недели Мирослава Петровна тайно отправила волосы Соломии в частную ДНК-лабораторию. Вторым образцом должны были быть волосы Богдана, которые она, как потом сказала, взяла с его расчёски, когда он заезжал к ней. Никто из нас не давал согласия. Никто не видел, что именно она положила в конверты.
Результаты пришли примерно через двадцать дней. Это было субботнее утро. Я помню светлую полоску солнца на кухонном столе, щелчок чайника. Богдан взял телефон, увидел звонок матери и вышел в коридор. Через несколько минут он вернулся бледный, будто за дверью услышал не слова, а приговор.
Он протянул мне распечатанные листы.
— Оксана, объясни мне это.
На бумаге были печати, номер заказа, таблицы и сухой вывод: биологическое отцовство не подтверждается. Вероятность почти нулевая. Я смотрела на эти строки, и сначала они не складывались в смысл. Потом подняла глаза на Богдана. Он пытался держаться, но слёзы уже стояли в глазах.
— Скажи правду, — попросил он хрипло. — Кто отец Соломии? С кем ты была?
Эти слова ударили так сильно, что на секунду я перестала слышать даже собственное дыхание. Хотелось закричать, бросить эти листы на пол, заставить его вспомнить все наши годы, все ночи у детской кроватки, всю нашу жизнь. Но вместо крика внутри появилась странная холодная ясность. Я знала, что не изменяла. Я знала, что Соломия наша дочь. Значит, нужно было искать ошибку…
