— Оксаночка, успокойся. Мы же почти семья, — попытался завести старую шарманку Тарас, но наткнулся на жёсткий взгляд девушки.
— Мы друг другу никто.
— Собирай маму и сестру. Забирайте ведро с капустой и проваливайте.
Поняв, что спектакль окончен и зрительный зал пуст, семейство вдруг резко активизировалось. Галина Петровна, постоянно оглядываясь на огромного кота с кисточками на ушах, начала запихивать раскиданные по дивану вещи обратно в сумки.
Она бормотала себе под нос проклятия, называла Оксану самыми нелестными словами, но делала это быстро и по возможности тихо. Дарина судорожно впихивала ноги в свои грязные кроссовки. Тарас подхватил с тумбочки свои пожитки — две спортивные сумки, которые так и не успел распаковать. Его лицо выражало крайнюю степень обиженной гордыни.
— Ты ещё пожалеешь, Оксана, — бросил он, натягивая куртку.
— Нормальными мужиками так не разбрасываются. Котов своих будешь в старости обнимать.
— Покажи хоть одного нормального мужика здесь, — парировала Оксана, распахивая входную дверь настежь.
— Предпочту котов хамам и нахлебникам. На выход. Осторожно, не споткнитесь: здесь порожек высоковат.
Спустя несколько долгих минут вся троица, гремя пластиковым ведром и пыхтя под тяжестью раздутых клетчатых сумок, вылетела в подъезд. Оксана демонстративно щёлкнула замком перед самым носом Тараса и заперла дверь на два оборота. Она прислонилась к тёплой двери, слушая, как грохот шагов непрошенных гостей стихает на лестничной клетке…
